Мой любимый охотник (СИ)

На ватных ногах я повернулась обратно к Бесу, находясь всё ещё под впечатлением.

— Ты сделал это ради меня? — Я готова была разрыдаться от такого жеста с его стороны и кинуться на его грудь от переполнявших эмоций, что еле сдерживала и заставляла себя стоять неподвижно.

Бес тепло мне улыбнулся и кивнул. Моё сердце вновь растаяло и наполнилось теплом, оно готово было выпрыгнуть из груди, забыть все сказанные им мне гадости и отдаться ему без остатка. Глупое, глупое сердце. Но, видимо, мозг был с ним в сговоре."

"— То есть ты лишаешь меня соседки? Ну во-о-от, — протянул Док, — а я уже так привык, что сплю не один.

— Да, Док, я лишаю тебя возможности пялиться на неё каждое утро, пока она полураздета. Она здесь не для твоих плотских фантазий, — Бес пошёл по коридору в направлении своей комнаты, — Это касается каждого.

Он закрыл за собой дверь и, наверное, уже не слышал возражения Дока на этот счёт, а я всё ещё стояла в своей новой комнате и не смогла убрать глупую улыбку со своего лица, пока из комнаты Беса не послышался остервенелый крик.

— АЛИША!!!

Ой-ой, я совсем забыла про червяков. Теперь точно надо бежать.

***

Вроде бы всё должно было прийти в норму. Бес передо мной извинился, охотники справились со своим заданием и всю нужную информацию предоставили в Резиденцию, но по бункеру витали нотки какой-то недосказанности, приперченное презрительным взглядом. Это было негласное, очень шаткое перемирие между мной и дьяволом, который снова предпочитал избегать меня.

Я не успевала привыкнуть к одной модели поведения Беса, где он нехотя, скромно, почти украдкой демонстрирует наличия у него сердца и с ним возможно общаться, как с нормальным человеком, как по щелчку пальцев передо мной бездушный охотник, с маской на лице, не впускающий в свою замерзшую душу даже самый чистый свет.

Чем больше я старалась не думать о нём, тем больше раз за разом возвращались к размышлениям, что стало причиной таких колебаний общения по отношению ко мне.

Водя пальцем по строчкам выведенных аккуратным почерком на пожелтевшей от старости бумаге, мне удалось немного абстрагироваться ото всех.

«Древние, или как еще их называют-чистокровные чёрные ведьмы, использовали заклинания стихий и их силу для получения желаемого результата. Отдельные маги предпочитают породниться со всеми стихиями; те, кто не уверен в своих способностях, выбирают одну из них.

Их всех стихий вода охотнее остальных отзывается на просьбы ведьм-прорицателей, но и также горячо берет за это свою плату, что в дальнейшем может сказаться на здравомыслие ведьмы…»

С тяжелым выдохом я перевернула страницу и еще одну, не желая больше вчитываться в то, как ведьмы добровольно сходили с ума, жертвовали частями тела с целью добиться большей силы.