Мой любимый охотник (СИ)

Это уже походило на мазохизм особого вида, когда начинаешь доверять человеку, открываешься ему, зная, что он вот-вот отвергнет, обтерев о тебя ноги. Но ты всё равно принимаешь его вновь: обработаешь и перебинтуешь раны, натянешь одну из лучших своих улыбок и всё простишь. И все эти мучения ради нескольких сладких слов, нежных взглядов и ласковых прикосновений.

— Это галлюцинации от температуры… — это было моим оправданием тому, что происходит."

"Бес взял мою руку и положил к себе на грудь в область сердца.

— Это тоже галлюцинации?

Под моей ладонью я почувствовала ровные толчки. Его сердце действительно билось. Но как это возможно? И снова всплеск эмоций, которых я не могла выразить из-за страшных болей по телу.

Мечтала, грезила, чтобы этот мужчина, в чей плен глаз я попала с первой нашей встречи, испытывал ко мне хоть долю тех страстных чувств, что испытываю сама. Но сейчас, узнав правду, во мне играла лишь обида.

— Ты хоть представляешь, как мне было больно? Ты ...Ты… — в моей голове проносилось куча мата, я так хотела выразить все переживания, что испытывала. Я так много хочу ему сказать, а точнее наорать на него, яростно колотить кулаками по его груди, чтобы он хоть на миг представил, как мне было хреново от одних его слов. Как тогда, так и сейчас. Но я была слишком слаба для всего этого.

Его рука продолжала гладить меня по щеке, успокаивая.

— Прости. Если сможешь, — Бес сцеловывал слезы, катящиеся из глаз. — Но ты должна выпить лекарство. Мою кровь.

— Чтобы опять слышать от тебя издевки, что я тебе должна?

Я ожидала подвоха в каждом сказанном им слове, в каждой проведённой с ним секунде.

— Нет, Алиша, такого не будет. Пожалуйста. Тебе становится хуже.

Он не был похож на себя прежнего: дикого парня, которому чуждо чувство любви, что убивал голыми руками, и глазом не моргнув. Сейчас передо мной сидела полная его противоположность. Этот мужчина нуждался в ласке и заботе, как никто другой, желающий открыть своё сердце и душу. Просто пока боялся.

Бес вынул складной ножик из кармана штанов и сделан порез на запястье. Я не могла видеть так же хорошо в темноте как охотники, но запах крови почувствовала сразу. Горло обожгло, рот наполнился слюной. Я захныкала, борясь сама с собой.

— Пожалуйста, Алиша, — его голос басом звучал около уха, а его запястье было уже около моих губ, которые тут же сомкнулись на его руке, как только он еe поднес.

Тёплое питье растекалось по горлу. С каждой каплей мой озноб пропадал, и пульсация боли по телу уменьшалась. Я жадно пила, не могла остановиться и была сама себе противна в тот момент. Наконец-то оторвавшись от своего спасения, я в страхе посмотрела в глаза Беса, чуть приподнимая голову вверх. В них не было укора и неприязни, что было очень непривычно.