Мой личный кошмар

— А всё из-за тебя, куколка…."

"Всем привет!) Последняя глава далась мне довольно тяжело. Не получилось сделать атмосферно. Хотелось бы узнать ваше мнение, любимые читатели. Не наиграно? Поделитесь мыслями) Искренне с вами, Ирина Икс.

глава 6

Когда мы подъехали к Машкиному дому, вместе с ней и Стасом, у меня в буквальном смысле началась сильнейшая истерика. Если в клубе, я ещё держалась, и как-то отстранялась от всего этого сумасшествия, то сейчас слезы лились градом сами собой, и я уже совершенно не сдерживая себя плакала как белуга.

Машка старалась меня успокоить как умела, но она не понимала, насколько плохо мне было от осознания того, что из-за меня пострадал посторонний человек. У него же вместо лица было красное пятно. Кремень прав, я действительно была виновата.

— Ну и чего ты, мать расклеилась? — Машка пыталась успокоить меня, но у неё самой был немного дерганый голос. — Все же обошлось.

— Маш, он чуть не забил человека насмерть, прямо у меня на глазах. Ты правда, считаешь что все обошлось?

— Тебя-то он не трогал….

— Не трогал?! Не трогал, Маша?! Тебе отлично известно, что меня он тоже трогал! Он меня изнасиловал, если ты забыла….

За нашей громкой перепалкой, совсем забыла про сидящего за рулем машины, Стаса. Он резко дал по тормозам, стоило только сказать последнюю фразу про Кремня и изнасилование.

Остановка была такой неожиданной, что я едва не врезалась в переднее водительское кресло.

— Что он сделал?! — Стас развернулся ко мне и заорал. — Таня, что он сделал?!

Мой голос предательски дрогнул и прежде чем признаться ему, я разрыдалась.

— Он….изнасиловал меня. Стас. Изнасиловал.

Брат смотрел на меня не мигая несколько долгих минут, показавшихся мне вечностью, после чего громко выдохнул, отвернулся откинувшись на кресло, прикрыл глаза и притих. В салоне машины повисла непривычная тишина. Было слышно только то, как я негромко всхлипываю.

Это продолжалось минут десять не больше.

— Почему ты не сказала об этом раньше? — голос брата был спокойным и каким-то как будто приглушенным. Я не понимала, как это расценивать, но отвечать ему мне не хотелось.

— А что это изменит, Стас?

Я громко дышала и смотрела в окно.

— У тебя в комнате висит плакат этого человека во весь рост. Ты тащишься от его боев и считаешь, его если не другом, то как минимум хорошим знакомым, Стас.

— Я бы не позволил ему издеваться над своей сестрой.

После этой фразы даже Машка хмыкнула.

— Тоже мне защитник, нашелся. — сказала она, откидываясь на кресло. — Не смеши, Стасик, против Кремня ты ничего не сделаешь. Он же тебя одной левой придавит….

Стас посмотрел на Машу и та многозначительно заткнулась. Она отвернулась к окну, и в машине снова стало тихо, как в могиле.

— Мне недавно мать звонила.