Мой личный ад

Кроме прочего, наспех сполоснула лицо и причесала волосы. Носки из белых превратились в серые. Из зеркала на неё смотрело осунувшееся чучело с затравленным взглядом.

– Зато живая и на свободе! – при одном воспоминании тёмной комнаты, что ей приготовил Тихоня, мороз по коже.

Приятная негромкая музыка. Любопытные взгляды на накачанных спутников девушки в мужском пуловере и носках. Пришлось пояснить:

– Провалилась в яму с водой. Переодели во что смогли.

Паша сканировал лица мужчин. Кассиру совершенно плевать на происходящее и не такое видел, а бармен напрягся.

– Милый, купи кофе.

Он обернулся на застывшую в полуметре пигалицу. Она старательно отводила взгляд от бармена. Павел ухмыльнулся. Интуиция никогда не подводила. Ада знакома с ублюдком.

Он подхватил её на руки. Чмокнул в щёчку спрашивая чуть слышно:

– Кто это?

Она пробормотала сквозь сдерживаемые слёзы:

– Он был с Тихоней, когда убивали маму… Издевался больше других… Гад называл его племянником.

Павел замер на пару секунд, принимая решение. Главное не сорваться. Продавец ни при чём. Нанятый хозяином бедолага. Бармен поставлен доложить, если москвичам удастся вырваться из города.

Выход один: вытащить туда, где нет камер и ликвидировать. Больше над беззащитными бабами тварь не будет глумиться.

Паша ухмыльнулся хищным оскалом.

– Делай вид, что не знаешь его.

Испуганные большие глаза напротив его глаз. Растянутые в ложной улыбке губы. Побелевший кончик точёного носика. Он чмокнул в холодную пипку и подмигнул.

– Главное ничего не бойся, я рядом.

Ада замерла, не зная к чему отнести поцелуй. Изображает беспечность идиота, или…

– Тёма, закажи нам кофе. Ждём в машине.

– Я боюсь держать горячее, ты же знаешь… – Здоровяк обиженно поджал губы.

– Бармен вынесет! – Паша кивнул на Аду: – Тяжело.

Бариста попробовал отвертеться:

– Мне нельзя выходить из-за стойки.

Тёма поиграл бицепсами.

– Чмо, ты будешь спорить с моим начальником? – амбал выглядел убедительно.

– Хорошо. Иди в машину, я принесу… – Лжебармен явно нервничал.

– За дурака держишь? Я уйду, а ты плюнешь в кофе?

Шофёр навис скалой над стойкой. Ни единого шанса позвонить или достать оружие.

Заправленный «БМВ» отъехал в сторону, не заслоняя колонки.

Прыщавый качок вышел наружу. Стаканчик кофе в руках дрожал.

Паша приоткрыл дверь. Тихий приказ:

– Закрой глаза! Ложись на пол!

Ада выполнила без пререканий. Лежала, уткнувшись носом в грязный резиновый коврик в ожидании самого страшного. Сердце стучало, как бешеное. Во рту пересохло. Она готова отдать что угодно за глоток ароматного напитка.

Ничего страшного не происходило. Пули не свистели, гранаты не

взрывались.

Павел вернулся, на ходу стягивая с рук перчатки.