Мой эльф из легенд. Спасти любовью

Какая-то доля неловкости еще присутствовала, но привычка делала свое дело. Перестав ожидать насилия, эльф расслабился. Я научилась не краснеть, словно помидор.

И опять мысли поглотили меня. Я думала о нашем разговоре с Мелиндой. О том, смогу ли набраться смелости и попросить Агента заняться самоудовлетворением. Воображала, какой невыносимый стыд буду испытывать во время этой просьбы.

Поглощенная переживаниями, я не сразу поняла, что водные процедуры подозрительно затянулись. Обычно душ после тренировки занимал пять-десять минут, а сейчас, судя по моим внутренним ощущениям, прошло около получаса.

— Все в порядке? — я посмотрела в сторону Агента."

"Эль-Охтарон замер под струями воды, повернувшись ко мне лицом, словно намеренно демонстрируя свое красивое мокрое тело. Длинные ноги, узкие бедра, гладкую грудь с маленькими сосками. Когда наши взгляды встретились, он улыбнулся в нерешительной и неловкой попытке казаться соблазнительным, и я вдруг догадалась, что он уже давно помылся и все это время ждал, пока я обращу на него внимание. На него, полностью обнаженного и доступного. Манящего, как смертный грех. В данный конкретный момент согласного на все.

Согласного. На все.

— Что? — спросила я, продолжая играть в непонимание. С моей стороны это была защитная реакция. Потому что непривычное поведение Агента настораживало и сбивало с толку.

— Куратор Кроу, — прохрипел Агент и провел ладонью по своему рельефному торсу, мокрому от воды. Медленно провел. Томно. Будто предлагая себя. — Куратор Кроу. — Опять эта нерешительная улыбка. Словно невинная дева пытается примерить роль искусительницы-гетеры. — Хотите?

Теперь уже явно предлагая, он коснулся своей груди, напряженного живота, голого члена под шапкой мокрых волос.

Мягкого члена. Невозбужденного.

Я-то хотела. А он?

Какого черта здесь происходит! Что ты задумал, Агент?

Глава 6

Когда древний эльф, считающий себя киборгом на службе империи, вдруг ни с того ни с сего начинает тебя соблазнять… это пугает.

И ясно же, что мотивы Агента далеки от простого желания затащить в постель понравившуюся женщину. У него не стоит. Да и физически не может стоять, учитывая препараты, которыми его пичкают не один год и даже, вероятно, не одно столетие.

Зачем тогда он предлагает себя? Зачем вымучивает улыбку и пытается изобразить интерес? Чего он, черт возьми, добивается?

Молчание затягивалось. Агент потупил глаза, так очевидно стараясь выглядеть покорным, что это коробило. Сыграть роль соблазнителя не получилось, поэтому он, похоже, вернулся к привычной схеме. Опыт научил Эль-Охтарона, что женщинам на базе нравятся послушные красавчики, неспособные себя защитить. И сейчас передо мной под душем застыл этакий уязвимый зайка с опущенным взглядом и дрожащими ресницами.