Мой худший друг

В машине включен климат-контроль, но мне все равно жарко. Лоб покрывается испариной.

Крепче сжимаю руль влажными пальцами. Челюсти стискиваются до онемения."

"Как известно, взрыв в твердой среде вызывает разрушение и дробление. То же самое в эту секунду происходит со всем моим внутренним миром. Самообладание трещит по швам. Сердце уже давно сбилось с привычного ритма, а отголоски учащенных ударов сдавливают виски.

Разбитая губа уже не кровоточит. Я даже боли не чувствую, потому что из меня будто душу по кускам вытряхивают. Изощренно так отрезают, по миллиметру…

Стрелка спидометра ложится. Наращивать скорость больше нет смысла. Это максимум.

Прыгаю из ряда в ряд, пытаясь прийти в себя, но не получается.

Перед глазами воспоминания, череда красивых моментов, и на каждом, каждом присутствует Громова.

Никогда не думал, что со мной это случится. Что это вообще возможно.

Сердце сжимается. Кровоточит.

Злость вперемешку с болью. Страх накрыл бетонной плитой. Страх того, что ничего уже не исправить.

Я снова сорвался. Снова с ней. Раньше такого не случалось. До появления в моей жизни Арины я не вел себя как псих. Мне было ровно. На все. На всех.

Девчонка с привкусом совершенства. Близкая и в то же время далекая.

Нужно было молчать. Молчать!

Не знаю, сколько бы я так вытянул, но нужно было молчать.

Просто вовремя заткнуться, и вуаля – ничего бы не произошло. Она не поверила Романовой, нужно было этим пользоваться…

Долбаный дебил.

Пролетаю на красный по пустынной улице и, наверное, в этот момент прихожу в себя. Потому что перебор. Потому что у меня есть мозги и я не какой-то отмороз.

Не хочется отправить кого-то в морг, да и самому пока там делать нечего.

Скидываю скорость. Перестраиваюсь в правый ряд, начиная ползти как черепаха.

Все еще потряхивает.

Как же тупо. Один неверный шаг, и все посыпалось, как гребаный карточный домик. По щелчку.

Торможу на Воробьевых, минут двадцать шатаюсь по причалу взад-вперед. От воды веет прохладой. Неподалеку орут выпускники, такие же как я, только смеющиеся и счастливые.

Телефон, тренькающий в кармане, слышу не сразу. Какое-то время тупо пялюсь на водную гладь. Скольжу ладонью за смартфоном.

Гирш? Я был уверен, что он уже отжигает с кем-нибудь из наших девок на Королёвской даче.

– Чего тебе? – спрашиваю чисто по инерции. Связная речь вообще сейчас с трудом дается.

– Ты куда свалил?

Морщусь от громкого баса Яниса. Кажется, он в тачке, музыка долбит по нервам.

– Отвали, Гирш.

– Э!

Янис возмущается, но ржет.

– Развлечься хочешь, эмоциональный труп? Идея одна есть.

– Какая?

– Как в старые добрые, Азарин. Тебе надо остыть, а папочка знает, как выпустить пар.

Медлю какие-то секунды, прежде чем уверенно назвать свое место дислокации.

– Я на Воробьевых.

– Полчаса, и я там.