Мой хозяин

Ясен хрен, что и на меня во многом наложили отпечаток возможности нашей семьи, но я никогда не получал ничего просто так. К работе в компании отец начал привлекать меня ещё до того, как я перешёл в старшие классы. Уже к двадцати я разбирался во всех тонкостях и мог легко подменить его даже на длительное время.

— Кофе, — прожурчала Мила, сделав шаг к столу и тут же споткнулась буквально на ровном месте.

Чашки на подносе опасно съехали к краю, и в какой-то момент мне показалось, что кофе неминуемо окажется на коленях Бориса. Мысленно я уже успел выматерить девчонку на чем свет стоит, но она-таки сумела удержать равновесие.

— Простите, — выдавила она. Глаза ее странно блестели, лицо было бледным.

Она принялась выставлять чашки на стол, и я заметил, как дрожат у неё руки.

— Милана, всё в порядке? — осведомился я, внимательно глядя на неё.

Что за чертовщина?! Испугалась, что за пролитый на моего партнёра кофе ей достанется мама не горюй? Правильно испугалась. Но… Я чуть сощурил глаза, внимательно всматриваясь в её лицо. Казалось, у неё даже губы стали бледными. Зато глаза… Единственное цветное пятно.

— Да, — поспешила уверить она меня и, закончив с кофе, отступила от стола. — Я… Что-нибудь ещё нужно?

Взгляд её скользил по стене кабинета, по мне, по чашкам. На моих гостей она не смотрела. Пару секунд я наблюдал за ней, а после проговорил:

— Нет. Можешь идти.

Она замешкалась. Приоткрыла рот, потом всё же взглянула на сидящих напротив меня Кондратьевых и торопливо направилась к двери. Когда она вышла, я снова посмотрел на Бориса и его сына.

— Ну так что, обсудим детали? — предложил я и сделал глоток кофе.

Борис последовал моему примеру, Матвей же словно невзначай проговорил:

— Какая у Вас милая горничная, Вандор Александрович.

Сказано это было с явной претензией на непринуждённость, однако я уловил нотки явного напряжения. Поднял взгляд на парня и, щурясь, неспешно ответил:

— Очень милая. Только это не горничная.

— А кто же? — всё так же натянуто осведомился тот.

— Моя личная шлюха.

Милана

Я не помнила, как очутилась на втором этаже. Меня словно оглушило, дезориентировало. Матвей… Стоило мне увидеть его, я… Сложно сказать, что я ощутила. Радость? Изумление? Страх? Столько времени мечтала увидеть его, поговорить, мечтала, чтобы он забрал меня, а теперь оказалась совершенно не готовой к одной только встрече. Он знает, где я… Что мне теперь делать?! А что если Вандор заподозрит…

По мере того, как меня отпускало, я всё сильнее чувствовала озноб. Первые эмоции схлынули, и в голове моей постепенно начали формироваться мысли. Жаль только, что были они совершенно разрозненные и непоследовательные.