Мой хозяин

Помнила его руку, лежащую на моей талии, его пристальный взгляд на своём лице… Помнила, что хотела попросить его не отдавать Стэллу, но так и не попросила. Струсила. Слова застряли в горле в тот момент, когда я посмотрела ему в глаза: потемневшие и всё такие же ледяные.

Стараясь быть осторожной, я выбралась из-под одеяла. Я понятия не имела, где моя одежда, а искать в потёмках было практически бесполезно. Наткнувшись на что-то, я подняла ткань с пола. Рубашка Вандора… Поколебавшись, накинула её на плечи. Надеюсь, он не воспримет это, как нечто недопустимое, как дерзость с моей стороны.

Ещё раз посмотрев на спящего хозяина, я подошла к окну. Сердце моё сжалось, стоило услышать тихий вскрик какой-то ночной птицы. Господи, как я могла уснуть, когда Стэлла… Пальцы сжались на краю подоконника. Я всматривалась в черноту ночи, сама не зная, чего хочу разглядеть в ней. Душу мою будто бы скребли миллионы когтей. Она не заслужила такого. Никто из нас не заслужил…

Я коснулась живота. Внутри тянуло, и всё же я прекрасно понимала, что могло быть в тысячу, в миллион раз хуже. Он не был слишком ласков со мной, но и груб тоже не был. Почему? Ведь после того, что случилось между Стэллой и Алексом, он был в ярости, и я прекрасно видела это. Почему? Тишину разрезал новый птичий крик, я тяжело вздохнула и, разжав пальцы, опустила руки вдоль тела. Вряд ли я когда-нибудь увижу Стэллу… по крайней мере, живой. Нутро сжалось от боли, в горле встал ком, и я сглотнула подступающие слёзы. Как же так вышло, моя хорошая? Как же ты так? Ведь понимала же сама…

— Милана? — раздался от постели мягкий, чуть сиплый со сна голос Вандора, и я невольно напряглась.

Обернулась к нему и, не дожидаясь указаний, сделала шаг навстречу. В падающем сквозь зазор лунном свете различила очертания его тела и смутно — лицо. Тёмные волосы, хищно блестящие глаза…

— Почему ты не спишь? — спросил он, немного прищурившись. Словно мысли мои стремился прочитать. Думаю, он и без моих слов понял, что меня грызёт.

Присев на край постели, я сняла рубашку и положила в ноги. Он по-прежнему смотрел за мной, не говоря ни слова. На меня же накатила непонятная слабость. Я вспомнила взгляд Стэллы, её глаза…

— Ложись, — приказал Вандор и откинул одеяло.

Я послушно юркнула к нему и снова ощутила тепло. Но мне было холодно. Я будто бы изнутри озябла в этой летней ночи. У меня в жизни было так мало людей, которыми я дорожила…

— Вандор, — пересилив страх, позвала я. Вряд ли может быть хуже, чем есть. Коснулась его груди, приподняла голову. Он перехватил моё запястье и сжал так, что мне стало немного больно.

— Что тебе? — спросил сухо.

— Стэлла… — голос мой звучал так глухо, что я едва сама себя слышала. — Где она? Она… Она жива?

Он молчал.