Мой генерал

Ему очень хотелось, чтоб она оценила его «дедуктивные способности».

Кажется, она оценила.

– Самое главное, – продолжил он, любуясь собой, – попасть в лошадь с такого расстояния ничего не стоит. Она большая, идет не быстро, можно долго прицеливаться и вообще никуда не торопиться. Одно мне совершенно непонятно.

– Что?..

– Почему такой дикий способ?

– Чтобы выдать убийство за несчастный случай.

– Выдать убийство за несчастный случай очень трудно, Маруська. Киллеры, которые на этом специализируются, самые дорогие. Практика показывает, что даже выбросить человека с балкона в принципе не просто, если он не без сознания, конечно. Все равно останутся следы борьбы, синяки и так далее. Машиной задавить – очень маленькая вероятность, что задавишь до смерти. С лошади сбросить – вообще ни в какие ворота.

– Принцесса Диана погибла, – упрямо сказала Марина. – В машине.

Федор покосился на нее:

– Она погибла в катастрофе. «МИ-6» и британский королевский дом ни при чем, уж мне-то поверь!

– Откуда ты знаешь?!

– Все все знают. Только не говорит никто. И никогда не скажет. Версия о том, что ее и Доди погубила злая королева-мать, чтобы отчимом будущего британского монарха не стал, боже сохрани, араб, гораздо красивее и романтичнее, чем ДТП в состоянии алкогольного опьянения и на скорости сто двадцать три километра в час, да еще в тоннеле. В злую королеву все верят с трех лет. А в пьяного водителя?

То, что говорил Федор Тучков, очевидно, было и правильно и справедливо, но Марина нипочем не согласилась просто так взять и принять его точку зрения – ночь, скорость, два коктейля, выпитые в лобби-баре, молодецкая удаль водителя и… финал. Со злой королевой выходило как-то… лучше, по крайней мере можно было убедить себя, что все это не зря – осиротевшие мальчики, которым и так непросто живется, родители-миллионеры, от которых навсегда ушел единственный сын и наследник.

– Ну вот, – сказал Тучков Четвертый после паузы. – Что за идея – стрелять в лошадь проволокой, чтобы она сбросила всадника?

– Мы должны выяснить, кто должен был ехать с этой группой и не поехал, – быстро соображая, сказала Марина. – Потому что, когда началась паника, лошади заволновались и могли вообще всех сбросить. Хорошо, что больше никто не упал!

– Умница, – похвалил Тучков. – Узнаем."

"Конюшня оказалась маленьким с виду, бревенчатым, темным от времени срубом с широко распахнутыми воротами, из которых вываливалось наружу сено. У самых ворот его было очень много, а к забору – трем тоненьким жердинкам на хлипких столбушках – становилось меньше. Оконца в срубе были маленькие и несуразно высокие, под самым потолком. За темной стенкой что-то возилось и вздыхало, а вокруг никого не было, только сырой васнецовский лес.