Мой фальшивый жених

— Ты знаешь… — я хотела отказаться, но прямо на моих глазах вся наша группа, как по команде, разошлась по парам. Боги, они точно сговорились все. Остался только Леон.

Что ж, выбора нет.

— Что знаю? — Фишер едва склонился ко мне.

На мгновение у меня возникла мысль, что ему удалось подговорить всю нашу группу не становиться в пару со мной для задания. Но когда бы у него на это нашлось время? Задание профессор озвучил буквально пару минут назад.

— Знаешь, что я соглашусь, — кивнула я растерянно. — Наши проекты всегда получали «отлично».

— Потому я и подошел к тебе.

Я взглянула в его голубые глаза и не увидела в них ничего дурного. Может зря нервничаю? Это всего лишь работа вдвоем, как раньше. Тысячи замужних женщин работают вместе с мужчинами и ничего зазорного в этом нет.

От обеда пришлось отказаться в пользу похода в лабораторию. Другого свободного времени у нас с Леоном попросту не было. Чтобы не остаться голодной, я написала Саре с просьбой собрать и принести мне обед. Подруга согласилась, ответив, что с удовольствием перекусит в компании артефакторов-ботаников.

Лаборатория факультета артефакторики занимала цокольный и первый этаж корпуса, а также часть подвальных помещений. Залы представляли собой большие комнаты без дверей. Каждая имела свое предназначение. В механической собирали механизмы, в стихийной экспериментировали с магическими свойствами будущий артефактов, в подвалах проводили испытания и так далее.

Мы с Леоном сразу же направились в механическую. Сначала артефакт нужно собрать, а уже потом прививать ему свойства.

— Есть идеи, что будем собирать? — спросил Леон по дороге.

— У меня все идеи крутятся вокруг медицины. Может артефакт способный лечить ссадины на коже? Можно привить лечебное и защитное свойство, — предложила я.

— Хорошая идея. Как раз в тему моего диплома, — протянул Фишер. Он вдруг оступился и коснулся бедром моего бедра. Надеюсь, это было случайно.

— Ты тоже решил взяться за медицину? — напряглась я.

Насколько я помнила Леона не сильно интересовала медицина. Он видел свои артефакты на заводах по производству средств связи.

— Да, почему бы нет.

Я почувствовала себя неуютно, и потому продолжать разговор не стала. Странно, что Леон вдруг сменил тему диплома.

— За лето я осознал, что медицина более перспективная область для артефакторики, чем связь, — продолжил он, приглашая меня первой пройти в механический зал.

— Ясно.

Мне не хотелось продолжать разговор. Я вообще остро ощутила себя не в том месте, не в том время и не с тем человеком. Особенно, когда поняла, что здесь больше никого нет."

"Да что изменилось-то? Я всего лишь перешла из разряда свободной девушки в занятую. Стала невестой. Наши отношения с Леоном всегда носили дружеский характеру.