Мой единственный

Его дурной характер проявился лишь тогда, когда ее отец попытался разорвать все отношения между их семьями.

Вдруг осознав, что они с Ричардом разговаривают в полный голос, а не шепчутся, Джулия подбежала к двери, открыла ее, выглянула в коридор, посмотрела в оба его конца, а затем, вздохнув, захлопнула дверь.

– Нам следует быть осторожнее. Нельзя, чтобы нас подслушали.

– Почему бы не прогуляться? Погода чудесная, – предложил Ричард. – А слуги в это время смогут хоть немного прибраться в наших комнатах.

Джулия решила, что это прекрасная мысль. На природе они смогут говорить свободно, не опасаясь, что их кто-то подслушает. Взяв шляпку, Джулия открыла дверь, но остановилась, чтобы стряхнуть пыль, осевшую на юбке. Покрывало оказалось таким пыльным, что на нем остались очертания ее тела.

– Подожди! – воскликнул Ричард, придержав ее за руку. – Дай я тебе помогу!

Джулия взглянула на мужчину, когда его рука потянулась к ее юбке. В его глазах зажглись игривые огоньки. Молодая женщина повернулась, и теперь стояла к нему лицом к лицу.

– Нет, не надо.

Ричард широко улыбнулся.

– Полно, любимая, всего лишь стряхну пыль.

– Нет, ты трогаешь меня за попу, не надо.

Джулия попыталась вести себя строго, вот только игривое настроение Ричарда передалось и ей.

– Будь умницей, – ласково произнес мужчина и вновь потянулся к ней.

Джулия рассмеялась и проворно попятилась из дверного проема в коридор.

– Нет, – твердо произнесла она.

Не обращая внимания на ее отказ, Ричард устремился вперед. Взвизгнув, Джулия побежала по коридору. Смеясь, она обернулась, желая убедиться, что он не подбежал слишком близко, и… столкнулась с графом. Джулия залилась румянцем смущения.

– Простите…

И она, смущаясь от неловкости, побежала вниз по ступенькам лестницы.

– У тебя, отец, прямо-таки дар всюду появляться некстати, – услышала она голос Ричарда, а потом молодой человек бросился вслед за ней по ступенькам лестницы.

Глава тридцать шестая"

"После этой глупой сценки, разыгравшейся наверху, остатки нервозности покинули Джулию. Ей казалось несколько странным, что она предавалась глупым, детским шалостям в компании Ричарда. Она понимала, что ей просто нужна отдушина, а смех – прекрасное лекарство от плохого настроения, пусть даже временное. Но воспоминание о смущении, вызванном тем, что увидел граф, быстро улетучилось под теплыми солнечными лучами, ласкающими ее щеки. Она даже сняла с головы шляпку, чтобы ощутить больше тепла, и повесила ее за связанные ленты через запястье.

Джулия приказала горничной, стоящей у карет, присмотреть за тем, как их вещи перенесут в дом, а потом распаковать багаж. Не было смысла делать это, прежде чем граф разрешил им остаться.

– Просто чудесно, – произнес Ричард, закрывая входную дверь.