Мой друг тролль

Где этот чертов Ротгар?

– Как где? – удивилась Лиадан. – Там же, где его любимые косточки. В вашем главном музее.

Глава двадцать седьмая Страна мертвых эльфов

Жил-был тролль. Как-то встретил он в горах монаха с Библией. Монаха он съел, а Библию читать начал – со скуки. И проникся. Решил добрые дела делать.

Вот потерял однажды пастух в горах отару. Тролль помог. Нашел отару. Пастух говорит: ну спасибо тебе! Возьми одну овцу.

– Да ладно! – говорит тролль. – Что мне одна овца!

– Ну возьми две!

Не хочет тролль и две.

– Три! – и три не хочет.

Помнит: ежели получит вознаграждение за доброе дело сейчас, то лишится вознаграждения более важного. Тролли ведь – народ практичный.

Пастух в отчаянии. Дошло уже до пяти овец, а тролль всё отказывается. Пастух троллей знает, а потому подозревает худшее.

Тут едет мимо эльф на осле. Пастух – к нему.

– Рассуди, – говорит, – высшая раса!

И рассказывает, в чем дело.

Эльф внимательно изучает пастуха, потом тролля… Эльф знает людей. А троллей он знает еще лучше.

– Да вы, похоже, моего осла стырить задумали?

Мораль: не суди по видимости, суди по внутренней сути.

Эльфийская мудростьНе мудрость это, а пустое умничанье!

Осла-то у эльфа забрали!

Поправка тролля-свидетеляДо Эрмитажа добрались очень быстро. Такси остановилось не напротив главного входа, а на Дворцовой набережной – даже ночью ярко освещенной и совершенно безлюдной. Дверь Эрмитажного театра была распахнута настежь. Лиадан с чемоданом в руке вошла в музей, как к себе домой. Внутри на посту спал охранник, уронив голову на руки. Ведьма на него даже не взглянула, повернула налево и бегом устремилась вверх по лестнице. Катя спешила за ней. Они миновали еще один пост охраны. Поперек прохода простерлось тело в форменной куртке, рядом валялась рация. Тело сладко посапывало и не шевельнулось, даже когда Лиадан наступила «телу» на живот.

«Сонное царство, – подумала Катя, пересекая темную пустынную галерею. – Замок спящей красавицы!»

Которую ей предстоит разбудить.

Они пришли. Знакомое место. Катя уже здесь бывала. Правда, общество Нафани было куда приятнее, чем ее нынешнее. В высокие окна лился лунный свет, внизу тихо плескалась вода Невы.

Статуя – точнее, как Катя теперь знала, саркофаг, – все так же стояла на постаменте. Улыбающееся лицо с закрытыми глазами было все так же безмятежно и прекрасно. Подле саркофага замерла в неподвижности сгорбленная фигура.

У Кати по спине пробежали мурашки. Ротгар! Это для Селгарина высший ши – предел мечтаний. А для Кати – опаснейший из врагов! Ей вспомнилось, что Ротгар сотворил с Карлссоном, и Катю охватил настоящий ужас.

«Я совсем с ума сошла! – мелькнуло в голове.