Мой дикий

– Слава Богу, что ты в нее не успел сходить, – бурчит рыжуля недовольно, но все же более сдержанно. – Давно болит?

– Да не, впервые такое, – пожимаю плечами.

– Ну, зачем ты врешь-то? – фыркает Алиса укоризненно.

Усмехаюсь. Вот зараза.

– Ну, месяца три.

– Охренеть! – вижу, как встряхивает головой от возмущения. – Сумасшедший!

– Не ругайся, лапуль, – виновато бубню. – Дел много было. Не обращал внимания. Ну, щемит и щемит… Как ты себя чувствуешь?

– Да что я-то? Беременность не болезнь.

Вздыхаю. Как спросить то, чтобы не обиделась?

– Нормально все у нашего… парня?

– Нормально, – слышу усмешку.

– Как назовем? – закидываю руку за голову, представляя, как буду катать коляску.

– Илюшей, – по тону ясно, что Алиса язвит, и я скриплю зубами. – Ладно, шучу. Я дочерей называла. Как бы ты хотел назвать своего сына?

Как? С отчеством моему ребенку не очень повезло. А надо, чтобы сочеталось.

– Сложно, – признаюсь. – Никогда не думал, что кто-то будет носить мое отчество.

– А Мирон? – удивляется Алиса.

– У него фамилия и отчество деда. Я не воспитывал его. Мать не хотела, чтобы мы общались. Я ж сидел… Может, Давид?

– Ладно, у тебя еще есть время подумать, – успокаивает меня рыжуля. – Но Давид красивое имя, мне нравится.

– Возьмешь мою фамилию? – уточняю. – Она вам больше пойдет.

– Ты сначала разведись со своей фиктивной женой.

– Бляя, – стону, – мне нельзя ложиться в больницу. У меня же развод.

– Замолчи, – снова рычит моя рыжуля. – Потом разведешься. Может, передумаешь еще.

– Ты сейчас до…говоришься, я никуда не лягу. – возмущаюсь.

– Тогда фиг тебе, а не Давид. Будет Илюша.

Усмехаюсь. Пиздец, я попал.

Я же теперь как дрессированный лев буду. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Только почему-то от этого такое тепло… Алиса кусается, но лишь потому, что я ей не безразличен.

– Алис, ты меня любишь? – спрашиваю, а у самого дух захватывает.

– Конечно люблю! – возмущается она. – Иначе бы прикопала на твоем участке уже, а не в больницу везла.

Улыбаюсь.

Слышу, что шмыгает носом. Сажусь на сидении, несмотря на громкие возмущения.

– Лапуль, – улыбаюсь, глядя на нее в зеркало, – ну хватит меня строить. Я же выздоровлю и все припомню.

– Выздоровей для начала, – бурчит Алиса, но я ловлю на себе ее обеспокоенный взгляд.

– Я хочу увидеть тебя в белом платье. – улыбаюсь снова ей в зеркало. – И чтобы Злата танцевала со мной вальс.

Алиса смотрит на меня серьезно. Потом внезапно тормозит на обочине, роняет голову на руль и трясется в тихих рыданиях.

56. Рэм

К счастью, до инфаркта не дошло, поэтому я провалялся в больничке всего неделю. Доманский организовал мне развод прямо на больничной койке. А сегодня меня выписали и я, наконец, еду домой. Свободный от всех обязательств, которые тянули меня в прошлое.

Теперь все по-новой. С чистого листа.