Мой чужой папа (СИ)

Сквозь кружево бюстгальтера сжал зубами сосок и ощутил как по губам побежала влага, а языка коснулся непривычный сладковатый вкус.

Она попыталась отстраниться и прикрыть грудь. Щеки запылали от смущения, и сейчас Ася показалась мне желаннее, чем кто бы то ни было.

Я обхватил её запястья и завёл их над её головой. Навис над женщиной, которая подарила мне ребёнка, и неважно каким способом это получилось — в эту минуту я верил чёртовому тесту ДНК. Более того, если мне заявят, что там ошибка, добьюсь увольнения этого самоубийцы!

— Ты вкусная, — хрипло признался я. — С ума схожу от твоего запаха. А молоко… Не смущайся. Это безумно сексуально!

Немного подался к ней бёдрами, прижимаясь почти окаменевшим от вожделения членом к её лобку, потёрся, давая понять, насколько она мне нравится. Мне и самому невероятно приятно видеть припухшие от моих поцелуев губы, от рваного возбуждённого дыхания приподнимающуюся грудь, напряжённые переливающиеся влагой бутоны сосков.

Женщина, что подарила мне сына. Маленького херувима со светлыми волосиками и третьей группой крови. Мысль о “соседе” из рассказа Деомарыча я отмёл. Ася не такая!

И с рычанием набросился на её губы. Терзая их своими, сжимая в руках податливое разгорячённое тело, исследовал его, гладил, ласкал, чуть сжимал. Ася стонала всё громче и даже осмелев, принялась стягивать с меня пиджак.

Шёлковую рубашку, которую я в нетерпении тоже разодрал, придётся выбросить вместе с платьем, но мне было всё равно. Главное слышать учащённое сердцебиение женщины с шоколадными глазами, пить её дыхание, глотать её стоны, проникать в неё до сладостного пика.

Отстранился и стянул последние кружевные преграды, склонился над лобком и, оставляя дорожку влажных поцелуев на разгорячённой коже, приник к лепесткам лона. Лаская языком, ощущал, как трепещет женское тело, как стоны становятся всё громче.

Проник пальцем внутрь, и, едва коснувшись языком клитора, неожиданно ощутил, как бешено сокращаются стенки влагалища, сжимая мой палец.

Приподнялся и, посмотрев в затуманенные глаза Аси, медленно накрыл её тело своим. Потёрся головкой члена о всё ещё подрагивающее лоно и шепнул:"

"— Согласна стать моей?

Она ответила… Не кивнула, не проговорила, а обвила мой торс ногами и медленно насадилась на мой член. Я застонал и, двинув бёдрами, толкнулся в неё. Мир перевернулся, всё будто заволокло туманом, перестало существовать, лишь два разгорячённых тела и простые, но такие приятные движения!

Я впивался к губы Аси, ловил её стоны, отвечал рыком. Брал её снова и снова, ненасытно владея своей женщиной, изливаясь в неё и едва не теряя сознание от наслаждения.

Никогда. Ни с кем. Я будто и не знал любви.