Мой чужой папа (СИ)

Мне необходимо сцедить молоко и узнать, что происходит! Где же врач?!

Дмитрий Деомарович появился спустя целую вечность и тут же забросал меня вопросами о моем самочувствии.

Еще до конца разговора он вызвал медсестру, продиктовал список необходимых лекарств и велел помочь с молокоотсосом.

— Если потребуется, делай компрессы, но осторожно, чтобы не воспалились молочные протоки! — инструктировал доктор.

Девушка быстро всё записала, кивнула и побежала выполнять поручения.

— Леониду я позвонил. Он уже едет. Не волнуйтесь.

Мужчина похлопал меня по руке и уже собирался уйти. Испугавшись, я ухватилась за него.

— Но что произошло? Я помню только, как мне ко рту приложили какую-то тряпку с ужасным запахом.

— Хлороформом, — кивнул врач. — Борис хотел вас усыпить, но переборщил с дозой. К тому же у вас сейчас ослабленный организм. Вы еще не отошли от родов, кормите грудью, да ещё нагрузки по работе. Я уже сказал Леониду, что вам необходимо восстановиться. Желательно провести неделю-другую на море.

Я смутилась. В глазах окружающих мы с боссом пара. Моя хватка ослабла, я отпустила мужчину, и он поспешил откланяться, оставив меня в растрепанных чувствах.

Доктор и сам не знал, какую бурю чувств поднял во мне неосторожными словами. Я и босс — пара. Это льстило и пугало. Ведь мы так и не определились. Решили поговорить обо всем после подписания договора с господином Ямагути, но не успели."

"У меня ничего не поменялось. Я все так же хочу развестись с Борисом и млею от прикосновений Леонида. А у него? Готов ли Лео к таким серьезным переменам в своей жизни? К тому же речь идет не только обо мне и нем. В наших отношениях есть и третья, можно сказать решающая сторона — Николаша.

Если Леонид не примет его, я не смогу быть рядом с боссом. Мой сын — это самое дорогое существо во всей вселенной и я никогда не предам его! А если примет? Играть долго в свидания не выйдет, ребенку нужна стабильность, семья. Что если Горыныч не готов? Что если не готова я?

Все эти и другие вопросы мучали меня, пока мы с медсестрой справлялась с последствиями некормления. Таблетки помогли унять боль и головокружение, а молокоотсос улучшить состояние груди.

Я даже успела задремать. Разбудил меня тихий шепот Лео:

— Смотри, наша мама спит, — пальцы мужчины пробежали по моей щеке, убирая прядь волос.

Я открыла глаза и улыбнулась, а затем и вовсе чуть не рассмеялась. Босс выглядел непривычно. Кенгуру, сумка с необходимым для Николаши. Он смотрелся как… папа?

Я была поражена. Неужели он сам присмотрел за ребенком? А где тогда Зинаида? И я вспомнила полные ужаса глаза помощницы, когда теряла сознание. Неужели Борис и ей навредил?!

— Леонид, а что случилось с Зинаидой? — промямлила я.

— Она в соседней палате, отлеживается. Деомарыч, сказал, что ты в порядке.