Мой бывший предатель

Пахнет пирожками, но на самом деле — заботой и любовью.

И я напитываюсь этими чувствами, в них свою силу нахожу.

Потому что сам факт приезда Саввы…

Немного расшатывает. Я не видела его. Не слышала ничего, не искала информацию. Полностью вычеркнула из жизни человека.

Будто это так просто…

Забыть человека, который сделал из меня — меня.

Когда мы познакомились, я была ещё студенткой. Молодой, испуганной. Закомплексованной из-за внешности. И мне было легче спрятаться в свою ракушку, чем спорить с кем-то.

А Дубинин… Ну, он был бульдозером. Пёр к своей цели, всех сметая с пути. Добивался желаемого. Умел найти выход из ситуации. Заражал уверенность.

Просто когда рядом такой мужчина — не хотелось прятаться. Училась быть решительной, подобно Савве добиваться своего. Отстаивать мнение.

Дубинин из моей жизни исчез.

А закалённый характер остался.

Уходишь, милый мой? Ну и катись.

Мне без тебя ещё лучше будет.

Кирюша дёргает меня, просит поставить кубики друг на друга. Я поддаюсь, вожусь с ним. Стягиваю пиджак, когда становится жарко.

— Вот морс, — мама ставит стакан на журнальный столик. — Ты уверена, что действительно ничего страшного?

— Конечно, — придерживаю сына, когда он поднимается. — Мне теперь переезжать каждый раз, когда Дубинин в городе?

— А если он одумается? И захочет увидеть сына?

— Права у него нет. Ты же знаешь. Я предусмотрела это.

— Ох. Как бы из этого ничего плохого не вытекло. Я тебе говорила, Марьяш. Чувствовала моё сердце, что не надо…

— Мамочка, пить.

— Кир, не трогай, я сама!

Пытаюсь остановить сына, но тот не слушается. Тянется за стаканом. Естественно, разливает всё, не удержав тяжесть.

Ткань платья мгновенно впитывает морс, оставляя липкие разводы на коже. Мысленно чертыхаюсь, поднимая Кира, который тоже промок.

— Я сам. Хотел, — супится, трёт нос. — Сам. Я не хотел…

Сын начинает реветь, пытаясь ладошками оттереть пятна со своей футболки. Подхватываю на руки, несу в ванную.

Я успокаиваю Кирюшу. Целую, отвлекаю, объясняю, что ничего страшного не случилось. Мы даже вместе простирываем его футболку.

Конечно, это не поможет. Но сын увлекается процессом, с удовольствием выливает жидкое мыло. Топчется на своей подставке, брызгает водой.

Я с улыбкой наблюдаю за тем, как веселится мой сын. Попутно пытаюсь сделать что-то со своим платьем, на котором теперь красное пятно.

— Марьяш, — к нам заглядывает мама. — Тебе генеральный звонил.

— Ох, спасибо. Закончишь с Кирюшей?

— Конечно. Будем одеваться, мой сладкий? Я принесла тебе новую футболку.

— Нет! Не эту.

Стараюсь не смеяться над тем, как мой сын качает права. Жутко требовательный для своего возраста.

— Игорь Валерьевич, вы звонили? — перезваниваю, оттягивая мокрую ткань.

— Да, — строго произносит начальник.