Мой бывший предатель

— Нужно детское кресло, — напоминаю я.

— Да, об этом… Поможешь выбрать?

Я думаю, что мужчина хочет заказать. Но когда Дубинин открывает багажник, я едва не стону.

Там несколько коробок! Различные детские кресла, на разный возраст. Я перевожу недовольный взгляд на мужчину.

— Что? — усмехается он. — Это не бездумные подарки. На себя я же могу деньги тратить?

— Они же схожие, — я вздыхаю. — Зачем столько взял?

— Если беспокоишься о моих деньгах, то не стоит. Я верну часть. Тебе лишь нужно выбрать то, что удобнее для Кирюши.

Я и выбираю. Быстро прикинув марки, я выбираю ту, про которую больше всего хороших отзывов.

Показываю Савве, как нужно закрепить. Пристёгиваю Кирюшу, пока он с интересом оглядывается.

— Какой у тебя чёткий план? — уточняю у мужчины, сев в салон. — Кирилл вечера хотел посетить несколько мест. Мы договаривались до твоего звонка.

— Уверен, что всё можно вместить, — с улыбкой обещает Савва. — Сегодня у меня полностью свободный день."

"— Отлично.

— Я уеду снова на один день. Но если что-то понадобится, то приеду.

— Дубинин, я прекрасно справлялась два года без твоей помощи. Как-то день продержусь.

Я ощетиниваюсь. Дубинин настаивает на своём участии, забывая, что оно мне так не нужно.

Это Савва хочет участвовать. И ему нужно подстраиваться, а не мне.

— В столице есть отличный детский центр…

— Я там была, Савва, — перебиваю его рассказ. — И ехать так далеко для повторного визита не намерена. Поэтому… Не стоит. Так не получится.

— О чём ты?

— Совместить время с сыном и при этом навещать Лялю.

Савва сжимает челюсть, отворачивается. Лишь подтверждает, что моя догадка была верной.

Он действительно хотел так поступить.

Глава 39. Савва

— Ты неправильно понимаешь ситуацию.

Медленно выдыхаю. Слежу за дорогой и за реакцией Мары одновременно.

Я словно чувствую эту тонкую нить между нами. Не толще паутинки, которая связывает. Благодаря которой девушка сейчас к сыну подпускает. Со мной разговаривает.

И я ни за что бы не допустил того, чтобы всё разрушилось.

В прошлый раз я канат обрубил.

А теперь — нить буду беречь как самое важное.

Потому что… Два с половиной года, а всё то же. Чертова ноющая дыра внутри. Будто вместе с разводом отдал Маре не только деньги, но и сердце из груди вырвал.

В какой-то момент я дошёл до того, что нужно было просто промолчать. Проглотить всё, сцепив зубы. И сделать вид, что не подозреваю. Не знаю об измене.

Или поговорить. Разъяснить всё, узнать. Обсудить. Я бы… Черт знает, смог бы простить или нет, но можно было попытаться. Тем более Кирилл такой, что любой захочет стать его отцом. Кровь не так важна.

Но все эти мысли были потом. Под градусом, когда жизнь бетонными блоками придавливала.