Мой бывший муж

Без этих двух орангутанов.

– Ух… – воскликнула я, когда Макс пропустил удар по уху. Больно.

Зачем?! Зачем причинять друг другу физический вред?! Мы же люди! Почему мужикам легче кулаками махать, нежели через рот проблемы решать?!

– Блин… – выдохнула, когда Вадим не отбил джеб в корпус. Так ему и надо! Я должна радоваться, что ему больно, но у меня сердце сжималось с каждой секундой. Противники были примерно равны и по силе, и по навыкам боя, но иногда пробивали защиту. Я переживала, очень. Только когда первая трехминутка закончилась, немного успокоилась.

– Кать, – Светка обняла меня за локоть, – я знаю, что ты злишься, но, твою ж мать, за меня мужики никогда не сражались на дуэли!

– Да ну тебя! – отмахнулась. Не скажу, что мне совсем уж не льстило такое внимание, но я слишком большая девочка, чтобы не понимать: они сражались в большей степени ради себя. Вадим всегда говорил, что мужикам иногда нужно подраться, выплеснуть злость и агрессию. От этого легче становилось. Животные инстинкты неискоренимы. А у этих еще и открытый гештальт.

– Очень плотно идут, – сухо высказался мужчина, которого называли Ник. – Не, ну молодец, – все же улыбнулся он – до того казалось, что статуя сидит, – когда Вадим ушел от очень энергичной серии ударов. Я тоже выдохнула облегченно. Полонский, конечно, тот еще фрукт и уверена: инициатива сразиться на ринге его, но все же волновалась. Насилие меня не возбуждало и кровь не раззадоривала. Особенно Вадима. Когда привел меня в первый и последний раз на свой бой, я сама чуть его не убила. Сломанный нос, крови столько, словно убили кого-то. Я плакала и орала на него одновременно. Целовала и отталкивала. И любила. Такого дурного, но моего.

Я до крови губы искусала, а идеальный маникюр превратился в жуткую ободранную картину. Не знаю даже как до девятого раунда без успокоительного досидела. Оставалась всего минута, когда Вадим с Максом перешли в какое-то дико агрессивное противостояние, обмениваясь жуткими ударами: не уходят, не закрываются, а бьют и ловят ответные. А зал ревел от восторга."

"– С ума сойти… – я вцепилась в Светкину руку. Какой ужас! – Остановите это! – потребовала у Кости.

– Кать, ну как… – он только плечами пожал, хотя тоже видел, что это уже не только бокс, а очень личное и злое. Но не один из бойцов не нарушил правила! Тогда бы рефери развел эту мясорубку!

Соперники иногда перебрасывались фразами – я не слышала, естественно, но видела это. Заметила, как Вадим сошелся с Максом: лбами уперлись и сквозь зубы обменялись, наверняка, чем-то оскорбительным, а потом понеслось…

– Есть! – заорал Костик. Борис поддержал, а Ник скупо, но радостно в ладоши хлопнул. Макс пропустил жесткий апперкот и упал на канвас. Рефери начал отсчет.