Мой бывший муж

Твоего отца ведь сняли с должности замминистра?

Вика только моргнула, отбросила остатки браслета, посмотрела на дно бокала и сделала большой глоток, допивая вино. Зимин очень вовремя попался на растратах, а бдительные коллеги не позволили замять дело. Жадность. Такой пирог в одно лицо есть нельзя – делиться нужно.

– Ты же понимаешь, что и тебе пора уходить? Сделай это сама. На твое место уже очередь из новых «дочерей» стоит.

Последняя встреча с Викой была слишком многообещающей: проблемы и нервы. Пришлось играть на опережение: там шепнул, здесь подмазал. Мы бизнес делаем, а не личные счеты сводим. Не хочет быть взрослой, значит, пусть играет в песочнице поменьше. Я заебался быть деликатным с ней.

– Прощай. И помни: бешеных собак отстреливают. – Я поднялся. Оглядел ее растерянную и загнанную. Наверное, возвращаясь в Россию, Вика не думала, что окажется в такой ситуации. А я, встретившись с новым председателем жилищной комиссии, даже в страшном сне не предполагал, что все потеряю.

В народе говорят «что ни делается, то к лучшему», но разве это так? Что хорошего-то? Что я приобрел?! Что?! Только, возможно, опыт… Это урок мне. Теперь я точно знаю, что счастье – это не константа. Над ним, как и над собой, работать каждую минуту нужно, если потерять не хочешь. А еще знаю, что даже крохотная шальная мысль может оставить трещину в чаше самого крепкого чувства. А там, где треснуло, обязательно разобьется. Кто сеет ветер, тот пожнет бурю…

Домой приехал, но уснуть так и не смог. Внутри было так много всего, и я сел писать. Пытался описать, как дошел до низости предательства, как жил после, как на дне лежал. Объяснить это нельзя, только рассказать, но так, чтобы не унизить подробностями. Я очень надеялся, что у меня получилось.

Уснул под утро и проснулся позже обычного, но чувствовал себя воодушевленно. За Никой поеду и Мальвину свою увижу. Но звонок матери осадил коней, которых я уже запряг. Катя с утра Вероничку к ним привезла. Сегодня программа богатая: осталось много вкусного, сладкого, а еще мой отец купил снегоход. Двор у них, конечно, большой и снега февраль принес прилично, но снегоход… Это перебор. Нужно будет выбраться в горы всей семьей. Жаль Катя откажется ехать.

Прежде чем отправляться к своим, решил завести письмо. Уже перед почтовым ящиком на дверь посмотрел и потянуло меня. Может, лично отдать труды тяжелой ночи. В глаза посмотреть…

Я хотел позвонить, но заметил, что дверь неплотно прикрыта. Потянул за ручку – не заперто.

Ушла и дверь закрыть забыла? Или дома и

просто забыла. Я вошел.

– Катя? – позвал негромко. – Кать?

Взгляд бросил в коридор и заметил мужскую куртку. Бля-яядь! Я знал, что не имею права. Что должен уйти, но ревность толкала вперед.

Светлая гостиная. Приоткрытая дверь спальни.