Мой босс - злой Мороз!

Такие же розовые и нежные…

Руки сжимаются в кулаки.

Зажмуриваюсь и откидываюсь на сидение.

Грёбаная ведьма!

Злость бурлит внутри как проснувшийся вулкан, и когда я вижу на экране вибрирующего телефона «дед», выплёскиваю на него то, что накопилось:

- И какого чёрта ты меня послал на другой конец города?! Я на обратном пути все пробки собрал!

- Димка, ты чего такой нервный? – дед, походу, находится в прекрасном расположении духа. – Вернулся уже? Скоро к нам приедешь?

Скриплю зубами. Не люблю эти семейные посиделки. Ещё с подростковых лет не люблю.

Тогда меня считали проклятием семьи, хоть вслух об этом никто не говорил, а теперь, когда я остепенился и взял под контроль бизнес, все улыбки родственников кажутся мне лицемерными. Предпочитаю держаться в стороне. Но раз в год меня принудительно достают из раковины.

- Давай, мы тебя ждём! Ты же приедешь?

Вздыхаю. Дома меня ждёт неоткрытая бутылка Хеннеси и вожделенное одиночество. Домработница, кажется, даже ёлку мне нарядила…

- Приеду, конечно, - наконец, отвечаю."

"В конце концов, это всего лишь одна ночь, а потом я вернусь к своей привычной жизни трудоголика-отшельника.

Поднимаюсь на тридцать шестой этаж своей крепости из стекла и бетона. Отсюда открывается шикарный вид. Подхожу к окну и смотрю вдаль.

Заснеженный город простирается вперёд на много километров.

Одиночество в новый год ничуть не пугает. Я бы ещё поработал.

Оттягиваю неизбежное почти до самого вечера. Но потом, посмотрев на часы, замечаю, что пора ехать.

Делать нечего, придётся в очередной раз пойти на поводу у родителей. Мама вечно тычет, что я уделяю ей мало внимания, да и дед уже не мальчик, так что…

Быстро собираю шмотки в чёрную кожаную сумку.

Идеально ровные стопки уже подготовлены.

Складываю в сумку, переодеваюсь в джинсы и пуловер и спускаюсь обратно в подземную парковку.

Полтора часа по трассе, и вот, я уже заруливаю в коттеджный посёлок.

Снег валит огромными пушистыми хлопьями. Моя спортивная тачка то и дело застревает на дороге.

Ненавижу загород. Вечно тут дороги не чистят!

Наконец, подъезжаю к дому, и, свернув с асфальта, понимаю, что бесповоротно застрял.

- Да твою же мать! – чертыхаюсь, пытаясь подтолкнуть машину, но всё совершенно безрезультатно. Я встрял. Придётся оставить тачку тут.

- Я вернусь за тобой детка, - киваю той, кому я никогда не изменяю, поворачиваю к дому.

Ноги вязнут в сугробах. Промокший, вспотевший и злой, стучусь в дверь родительского дома, и…

- А вот и он! – створка распахивается, и мне на шею бросается мама. – Мы уже думали, ты не приедешь! Димасик!

- Мам, - закатываю глаза, позволяя ей поцеловать себя в щёку. С детства просил, чтобы она меня так не называла, но она будто не слышит.

- Не будь такой букой! У нас тут гости! – радостно хлопает в ладоши.