Мой порочный босс

От картинок, что этот обдолбанный урод мог с ней сделать…

Блять! Блять!

– Выдыхай, – Давид жестко разрубает тишину. – Не накручивай раньше времени. Еще ничего не известно. Надо дождаться, когда девчонка придет в себя. Если хочешь со всем разобраться, надо абстрагироваться от эмоций и сохранять разум. Поверь, я знаю, о чем говорю. Не повторяй моих ошибок.

В словах брата слышится горечь. Но мне пока не до него.

Меня ломает изнутри. Как будто пропустили через мясорубку и выкинули. Такое месиво в голове и в сердце – ни в сказке сказать, ни матом описать.

– Мне нужна твоя помощь, Дава.

– Это я уже понял, – усмехается брат, становясь рядом и пряча руки в карманах брюк. – Для начала расскажи все, что знаешь. А я подумаю, что можно сделать. Если захочешь…радикальных решений, я не знаю, смогу ли помочь. Я отошел от этих дел, Влад. У меня жена и дети.

И я вываливаю на голову брата все. Ничего не скрывая. С самого начала. И как мне впервые в жизни голову снесло. И как влечет к девчонке, и про Клима с его маниакальным желанием трахнуть девственницу.

– Да уж, весело. Вот тебе и знакомство в клубе удовольствий. Я подумаю, что можно сделать, брат, – Давид хлопает по плечу, сжимая. – Если что, подключу Кадырова. Пока отдохни и дождись, когда Эрика придет в себя. Не наломай дров. И держи меня в курсе.

– Спасибо, Дава. Должен буду.

– Мы – семья, Влад. Какие долги? Мне пора, меня дочь ждет. Не провожай. На связи.

Киваю, не в силах даже повернуться в сторону Давида. Внутри все парализовало. Сковало в напряжении и в страхе за мою девочку. Я стараюсь не думать, не представлять, что ей пришлось пережить в клубе. Потому что в противном случае я натворю непоправимое и утоплю нас обоих. Но мысли упрямо рвутся в голову, требуя крови и мести. Требуя головы моего студента – мажора.

Бреду обратно в спальню и сажусь к Эрике, беря ее за руку. Ее ладошка маленькая и такая холодная.

– Почему она не приходит в себя? – задаю вопрос, сканируя доктора, как будто на его лице можно отыскать ответы на вопросы.

– Ее организм подвергся сильному стрессу, и сейчас девушке нужно восстанавливать силы. Капельница простоит до утра, я все проконтролирую. Она придет в себя, как только отрава выведется из организма.

Я слежу за Эрикой почти все время, пока ее прокапывают, надеясь, что она вот-вот очнется. Но малышка по-прежнему лежит бледная, как смерть, слабо дышит, не реагирует на мои прикосновения и поглаживания.

Проводив доктора, ложусь с ней рядом, осторожно обнимая. Хочу ее согреть. Хочу касаться. Быть рядом. сумасшествие какое-то…

Целую в висок, глубоко вдыхая ее легкий и неповторимый запах. Прислоняюсь лбом к ее голове и продолжаю гипнотизировать девчонку, мысленно умоляя ее очнуться.