Мой бесстрашный герцог

На ней было свободное золотистое платье, а на шее крупные рубины.

– Я бы предпочел что-нибудь покрепче, если это возможно, – сообщил Марк и одарил незнакомку улыбкой.

– Да, конечно. Николь права, вы очаровательны. – Женщина лукаво усмехнулась, затем щелкнула пальцами, и рядом тотчас возник лакей. Она велела ему принести гостю бренди, и слуга поспешил за напитком.

– Николь сказала, что я очарователен? – Марк был искренне удивлен. Впрочем, удивление было приятным.

Женщина протянула ему руку и проговорила:

– Я герцогиня де Фронтенак. Думаю, вы уже встречались с моим мужем.

Ах, значит, это хозяйка дома. Да, Марк встречался с ее мужем всего несколько часов назад. Он попросил герцога уделить ему несколько минут, и результатом короткой беседы стало приглашение на бал (как Марк и рассчитывал).

Марк низко поклонился и поцеловал хозяйке руку.

– Счастлив познакомиться, мадам. Спасибо за любезное приглашение на этот восхитительный бал.

Герцогиня звонко рассмеялась.

– Если верить моему мужу, вы сами себя пригласили, но я очень рада. Признаюсь честно, мне давно хотелось с вами познакомиться.

Марк спрятал улыбку, поднося к губам бокал. Французы иногда очень прямолинейны, и это хорошо. Конечно же, Николь тоже это нравилось. Марк медленно допил шампанское. Затем подошел лакей с напитками, и генерал заменил пустой бокал на полный.

– Вам давно хотелось со мной познакомиться? – с некоторым опозданием удивился он.

– Да, ваша жена много о вас рассказывала. Мы с ней старые друзья.

Странно, что Николь кому-то доверилась, тем более – француженке. Сам он испытывал некоторые проблемы с доверием, когда речь шла о французах.

– Уверен, ее слова были для меня весьма лестными, – с откровенной иронией заметил Марк.

– Некоторые из них действительно были лестными, – ответила герцогиня и пригубила шампанского.

– А остальные? – усмехнулся Марк.

– Остальные были… другими, – чуть помедлив, отозвалась собеседница.

– Понимаю. – Марк снова усмехнулся. – Николь давно здесь живет?

– Полагаю, вам это отлично известно, месье.

Да, конечно. Три года. До этого Николь жила в Париже. Но Марку хотелось знать, скажет ли его собеседница правду.

– Кроме того, – продолжала герцогиня, – разве не странно, что муж не знает, где его жена?

– Я полагал, Николь рассказала вам, что мы… живем раздельно.

– Разумеется. – Герцогиня покосилась на Николь и кивнула ей. – Мы очень близки. Я многое о ней знаю.

– Например?

Герцогиня сделала еще глоток шампанского и тихо вздохнула.

– Она умна, красива… и очень одинока."

"– Одинока? – Марк едва не поперхнулся своим бренди. Ему пришлось приложить усилие, чтобы сохранить внешнюю невозмутимость. – Но она вовсе не выглядит одинокой.