Моя строптивая леди

 — Верити пошла к двери, но вдруг повернулась, прижав ладони к щекам. — Какой ужас!

— Я оставила его в кармане платья горничной, в котором выехала от няни!

Честити живо припомнила, как все они переодевались в карете.

— Но ведь ты не выбросила платье?!

— Все равно что выбросила! Я оставила его Мэри Гарнет с наказом отдать бедным! Про документ я совсем забыла! Понимаешь, приехал Натаниель…

Не слушая, Честити бросилась вон из комнаты. На вопрос, где сейчас Родгар, лакей ответил, что тот в своем кабинете.

— В чем дело? — спросил маркиз, когда она, задыхаясь, вбежала к нему.

Девушка, глотая слова, объяснила ситуацию.

— Хорошо, что об этом зашел разговор. Нельзя терять ни минуты!

— Что вы собираетесь делать?

— Послать кого-нибудь к Гарнетам. Син хорошо их знает, он и поедет.

— Но он два дня провел в седле!

— Он солдат и таковым желает остаться.

От чрезмерной заботы — к полному пренебрежению! Честити хотела запротестовать, но вспомнила еще одну важную вещь.

— Милорд, мне нужно обсудить с вами нечто важное…

Она рассказала о своем частном расследовании в «Доме у дороги» и о респектабельных светских дамах, которые ей там повстречались. Она уже тогда поняла, что Родгар там не впервые, но лишь минуту назад сообразила, что он может знать, кто скрывался под масками. Честити не утаила ничего, в том числе упомянула про письмо, предположительно написанное Нериссой Трелин. Все это не имело ничего общего с государственной изменой, зато было вплотную связано с ее судьбой.

— Как интересно! — произнес Родгар, внимательно ее выслушав. — Вы говорите, письмо было весьма откровенным? А именно?

— Она назвала его Геркулесом, а потом… — Честити покраснела до корней волос, но ничего не оставалось, как вдаться в детали, — потом там говорилось о его платке у нее между ног в театре и о ее ленте, которую ему предлагалось обвязать вокруг… нет, я не могу продолжать!

— Это и не нужно, я уже могу составить общую картину. В самом деле, письмо гораздо откровеннее обычной любовной записки.

— Вот и я так подумала.

— И вы спрятали его в пустой комнате, в трещине за каминной полкой. Как найти этот дом?

Девушка объяснила, насколько могла вспомнить, и маркиз сделал заметки. Вскоре Брайт Маллорен отправился с поручением разыскать и привезти письмо. Похоже, он был счастлив убраться подальше от свадебных столов.

— По-вашему, от письма будет толк? — спросила Честити Родгара. — Мне бы не хотелось погубить безупречную репутацию Нериссы. По сути, она не сделала ничего плохого, просто сказала правду.

— Просто поставила подпись и печать под приговором, — сухо уточнил он. — Вы чересчур добросердечны, дорогая моя. Нерисса Трелин из тех женщин, что не задумываясь погубят любого, кто встанет у них на пути.