Моя строптивая леди

Ну да ничего, конец — делу венец. — Она увела майора в сторонку. — Натаниель, я должна тебя предупредить. Родгар планирует свадебный обед, на который приглашены мой отец и брат. Он даже не стал скрывать, что венчание состоится именно здесь. Если повезет, они запоздают, но кто может знать?

Родгару, надменно стоявшему у окна в своем сером бархатном камзоле, достался уничтожающий взгляд Натаниеля.

— Этого только не хватало! Зачем он такое затеял?

— Его намерения вполне благородны, но я решила все же предостеречь тебя. Верити ничего не говори, ей совершенно ни к чему волноваться.

— Ты недооцениваешь Верити, — мстительно заметил Натаниель.

Тем временем Элф уговаривала невесту принять от нее в дар одно из привезенных платьев. Шанталь перебирала их, время от времени бросая на Верити оценивающий взгляд.

— Голубое! — выбрала она наконец. — Надо сказать, я не ожидала, миледи, что вы его захватите. Оно вам и самой к лицу. А впрочем, ради такого случая…

Выслушав эту тираду, Верити снова запротестовала, но Элф только отмахнулась.

— Дорогая моя, у меня есть еще десяток голубых платьев, так что я не обеднею.

Последовала суета вокруг невесты, которая вскоре была обряжена в небесно-голубой наряд в крохотный синий цветочек с белым лифом. Глубокое декольте подчеркивало красоту плеч и полной груди молодой матери. К платью прилагалась расшитая жемчугом бархотка. Со сложной прической и подвесками в ушах Верити выглядела настоящей гранд-дамой. Скромный домик викария не мог похвастаться высоким зеркалом, поэтому она не могла увидеть и оценить себя, но вполне довольствовалась многословными восторгами женщин и их заверениями, что жених будет вне себя от восхищения.

Стук в дверь прервал увлекательное времяпрепровождение. Честити пошла открыть. Это была престарелая экономка викария.

— Миледи, мне приказано передать, что все готово.

Девушка сразу поняла, что это значит, и ужасно разволновалась. Ладони стали влажными, голова закружилась. Син вернулся!

— Он будет счастлив видеть тебя, — сказала чуткая Верити, беря ее за руку. — Ты прекрасна, прекраснее, чем когда бы то ни было. В ту весну ты была просто хорошенькой юной девушкой, теперь ты — обольстительная молодая женщина.

Честити вздрогнула. Неужели то, что они с Сином любовники, так бросается в глаза?

С появлением еще двух Маллоренов возникло впечатление, что домик вот-вот треснет по швам. Увидев Честити, Син окаменел. Он смотрел с откровенной жадностью, и потому чисто инстинктивно она открыла веер и укрылась за ним от этого обжигающего взгляда.

Она слышала, как Натаниель осыпает Верити комплиментами, как Родгар обсуждает с викарием детали церемонии, но не могла отвести глаз от Сина. Наконец тот приблизился.