Моя по всем статьям

Только что воздух дрожал от его мощного рычания, теперь он стоял, расставив ноги на ширину плеч и смотрел мне в глаза. Лишь потемневшие до черноты глаза выдавали его.

Я пыталась вспомнить тот вечер, тот день. Въехавшая во двор машина, женский смех, брюнетка… Аня. Запах духов, который я возненавидела, и пустота внутри.

– Единственной женщиной для меня была ты.

– Не верю, – покачала головой и повторила срывающимся шёпотом, цедя слова: – Не-ве-рю. Ты насквозь провонял её духами. Приходил вечером, ложился в постель, а от тебя несло этой шлюхой. Даже когда ты из душа возвращался, от тебя несло этой шлюхой! От твоей одежды, от волос. Шлюхой и враньём!

– А от тебя самой чем несло?! – он преодолел то крохотное расстояние, которое разделяло нас. Поднял мою руку и посмотрел на запястье. Жёстко усмехнулся и отпустил. – Когда ты под него легла? Чем он тебя взял? Блестящими цацками? Тебе это было нужно? Или пять звёзд на Доминикане? Он ведь тебя туда отвёз?

– Какие цацки, Ард?! – у меня ум за разум начинал заходить. Злость переплеталась с ощущением какого-то сюрреализма.

И опять пальцы на моей коже. Я хотела отдёрнуть кисть, только Ард не дал.

– Красивый был браслет. Где он?

– Какой браслет? – мы говорили об одном и том же, но ощущение было, что совсем о разном.

– Который был на тебе, когда ты ушла. Решила напоследок показать, что тебе нужно?! Я, дурак, сразу не понял. Пришёл к тебе через пару дней с этими чёртовыми розами… – он погладил мою кисть. Только в касании не было и намёка на нежность. Презрение, такое же, как и в голосе, в глазах. – Вовремя пришёл. Как раз чтобы всё встало на места.

– Я не понимаю тебя, Рихард.

Я в самом деле не понимала. Когда он приходил? Какие цветы? Что встало на место? Что значит его «вовремя»?

– Так где твой браслет?

– Какой браслет? – уже немного истерично, повысив голос. Спросила и тут вспомнила. Золотой браслет, украшенный маленькими бриллиантами. Наверное, на лице моём отразилось понимание, удовлетворившее Рихарда.

– Этот браслет подарила мне Ася, Ард, – сказала я странно спокойно. – Моя сестра. Они с тётей подарили мне его на шестнадцать лет.

– У тебя не было его.

– У меня он был. Был, Ард. И сейчас есть. Если ты не видел его, это не значит, что его у меня не было.

Я мягко высвободила руку. В глазах Рихарда появилось недоверие. Я же открыла ящик тумбочки и, достав маленькую косметичку, взяла бархатный мешочек. Высыпала на ладонь содержимое. Серёжки – подарок папы, золотой крестик, который я не надевала с первого дня замужества, потому что Дмитрию не нравилось, что я ношу его, и браслет с камушками и крохотной подвеской в виде сердечка. В этом мешочке было всё, что мне дорого, поэтому я никогда не оставляла его. Только один раз, когда украла Алису.