Моя месть. Шах, тебе мат!

Даю ему право, самому пояснить ситуацию, которая меня мучает.

Яков не торопится. Снова думает. Оценивает. Вижу это по его реакциям и пальцам, выстукивающим жесткий ритм на столе.

Зная нелюбовь Якова к выяснению отношений, когда их инициатором является не он, на продолжение разговора уже и не надеюсь. Но…

Шах, все ж что-то для себя решив, поднимает на меня глаза и говорит:

- Евгения, что ты имеешь ввиду? Говори внятно. Не надо мне колупать мозг вилкой…

В моем мозге идет штурм и сыплются вопросы: «Говорить или всё не надо? Быть честной или всё же не стоит? Изменится что-то после этого разговора? Станет лучше? Или он совсем убьет их?»

Мне реально страшно начать говорить.

Понимаю, что стою на нулевой отметке.

Она может стать как точкой роста, так и явиться точкой невозврата. И все же решаюсь…

- Кто эта юная особа, которую в ресторане ты интимно-нежно гладил по руке, а она на тебя смотрела, как на своего героя.

После моих слов между нами повисает тягуче-липкая пауза.

Наблюдаю за мимикой лица Якова.

Прекрасно считываю его реакции.

Он ужасно раздражен. Нет, вся его фигура говорит мне о том, что Шах жутко зол.

Его пальцы и ладони сжаты в кулаки так сильно, что дажи костяшки побелели.

Глаза прищурены. Губы поджаты. Кончик носа и ноздри дергаются. Венка на шее нервно пульсирует.

Я тоже ужасно нервничаю и потому не выдерживаю первая.

- Чего молчишь, Яша. Тебе мне нечего ответить? Понимаю тебя. Потому что Вы тогда просто имели друг друга взглядами, милый. Я стояла чуть в стороне. Вы мне оба были хорошо видны, - последние слова не говорю, а выдыхаю со стоном.

- Это что за тон Евгения? Я не давал тебе права, так со мной разговаривать. Ты мне - не жена, чтобы я перед тобой отчитывался, - цедит по слову Шах.

От его тона на моем теле поднимаются волоски.

По спине и рукам бегут нервные мурашки.

Провожу пальцами по лбу и вискам, стирая с них испарину.

И все же я нахожу в себе смелость.

- Не могу с тобой не согласиться, Яков. К сожалению…К моему сожалению! За пятнадцать лет я так и не стала для тебя больше, чем опекаемая тобой ученица. И я не отрицаю всего того, что ты для меня сделал. Если бы не ты, то деревенская девчонка не только никем бы не стала, но и…Может быть ее давно бы уже и в живых не было…

- Я рад, что ты, Евгения, хоть что-то понимаешь.

- Да, понимаю и ценю это, Яков. Очень ценю. Только знаешь ли…Ведь я с тобой не из благодарности. Нет! Я люблю тебя, Яша! Очень сильно люблю! И как любящая женщина хочу тебя всего…И хочу всего с тобой и только с тобой…Семью. Детей. Семейные выходные. Ужины. Завтраки. Походы по магазинам. Поездки в отпуск. Засыпать в твоих объятиях и просыпаться…

С каждым словом мой голос становится все тише. Потому как смотрит на меня Шах, понимаю: моя пламенная речь - выхлоп в пустоту.

И все же, решаю договорить.