Моя красавица

— Я не хочу принимать наркотики, чтобы справиться с болью.

— Я сказала врачам то же самое.

— Я кричала так, что в палате звенели стекла, — усмехнулась Кейт.

— Я никогда не сдамся. И знаешь, самое страшное — это не боль, а мысли…

— О том, насколько легче было бы просто отключиться, перестать сопротивляться. Но я должен пройти через это.

— Все будет в порядке. Просто постарайтесь расслабиться.

Алекси было нелегко последовать ее совету. Он возненавидел массажи еще в больнице, где ему их делали постоянно. Какими отвратительными казались ему тогда прикосновения врачей, просьбы расслабиться, прекратить сопротивляться, но только сейчас он понял, что же они на самом деле пытались ему сказать, потому что, когда он наконец расслабился, отпустил ситуацию, ему показалось, что его мышцы начали таять под умелыми пальцами Кейт.

Никогда в жизни он не чувствовал себя таким умиротворенным, никогда еще ему не было так спокойно рядом с другим человеком. Он всегда притворялся, всегда показывал людям то, что они хотели видеть. За обедом, на деловой встрече, в постели, в больнице Алекси делал вид, что ему интересна беседа, что он испытывает оргазм, что он поправляется. Но сейчас ему это было не нужно, он лежал, позволяя своему разуму, своему телу просто наслаждаться покоем…

До тех пор пока новая судорога не пронзила его тело волной боли, а разум захватил калейдоскоп воспоминаний. Визг тормозов, запах горелой резины, его машина, вышедшая из-под контроля, потому что он вел ее, думая совсем о другом, его тело, распростертое среди обломков. Алекси пришлось сделать над собой усилие, чтобы не вскинуть руки к лицу, прячась от этих ужасных картин.

— Не думайте ни о чем, — мягко сказала Кейт, продолжая массаж.

Взгляд Алекси скользнул по ее сосредоточенному лицу, затем опустился ниже, на вырез ее футболки, обтягивающей грудь. Затем он посмотрел на руки, разминающие его тело, и почувствовал, как замедляется его дыхание, — эта женщина оказывала на него гипнотическое воздействие. А ведь он лежал сейчас перед ней, прикрытый лишь узким полотенцем.

Мышцы на его ноге становились все мягче, зато в другом месте его плоть неожиданно затвердела.

— Не волнуйтесь. — Кейт смущенно отвела взгляд, собираясь встать. — Уверена, так бывает во время массажа…

В том, что произошло дальше, Кейт винила только себя. Каждый раз, когда Алекси оказывался на ее пороге, она теряла голову. Сначала разговор. Потом поцелуй. А теперь это…

Ее рука до сих пор лежала на бедре Алекси, Кейт не могла пошевелиться, не могла заставить себя уйти. Сейчас, наедине с ним, под пристальным взглядом этих серых глаз, она впервые почувствовала себя по-настоящему красивой и сексуальной. И это при том, что секса в жизни Кейт практически не было.