Моя красавица

— Я мог лечиться, пока лежал на пляже, здесь мне нужно думать!

— Вы не можете просто прекратить принимать их, — настаивала Кейт.

Она знала, что так и будет. Даже в больнице, в первые недели после аварии, он отказывался от обезболивающих и максимально увеличивал время между приемами лекарств. Он всегда был безумно упрямым и неуступчивым, даже во сне.

Во время его реабилитации она провела бесчисленное количество часов у его постели, делая записи, рассказывая, что происходит в компании, глядя, как он постепенно начинает засыпать, слушая ее доклад. Ему необходим был отдых. Но к сожалению, он просыпался от каждой вспышки света или звука далекой сирены и требовал продолжить работу.

Она надеялась, что пребывание на Карибах пойдет ему на пользу, сделает его чуть-чуть мягче. Вместо этого он стал еще жестче, возможно из-за боли, которую он мог скрыть ото всех, но только не от нее.

— Приведи сюда мою мать.

— Я уже здесь, — холодно сказала Нина, входя в кабинет.

Для своих пятидесяти она выглядела прекрасно. После смерти Ивана она сильно сбросила вес и сейчас, в своем шелковом костюме, украшенном кружевами, со сверкающими на пальцах и в ушах бриллиантами, казалась тонкой и хрупкой — новообретенная власть над Домом Коловски ей очень шла. Она медленно вплыла в комнату, как и всегда полностью игнорируя присутствие Кейт. Следом за ней вошла Лавиния.

— Рада, что ты вернулся, Алекси, — сказала Нина, но радости в ее голосе определенно не было.

Кейт не понимала, почему Нина так ведет себя: ее родной сын был тяжело ранен и наконец вернулся домой после долгой реабилитации, а она приветствует его как чужого.

— Неужели? — Похоже, Алекси тоже это заметил. — Звучит не слишком убедительно.

— Просто я беспокоюсь о тебе, как и любая мать. Мне кажется, что ты слишком рано прервал свое лечение.

— Еще немного, и было бы слишком поздно. Я видел лист твоих предложений правлению.

— Я ведь приказывала, чтобы тебя не беспокоили из-за таких мелочей! — воскликнула она, обжигая Кейт ледяным взглядом. — Оставьте нас, с вами я разберусь позже, уверена, что это ваша вина!

Кейт с облегчением закрыла за собой дверь. Она была рада покинуть эпицентр зарождавшейся бури. Но до того как дверь захлопнулась, она услышала очередной оскорбительный комментарий Нины:

— Ты знаешь, я узнала о новой замечательной диете, может, мне стоит рассказать о ней твоему секретарю?

Кейт со вздохом подошла к зеркалу в дамской комнате, но не нашла в нем утешения. Даже дорогой, прекрасно сидящий на ней серый костюм не скрывал ее пышных форм, которые не имели бы никакого значения на любой другой работе, но в Доме мод Коловски были страшным преступлением.