Мои убийственные каникулы

Какая еще стоянка, какая улица, какое расследование преступления? Если это не сигнал тревоги, то, значит, нет вообще никаких сигналов. Я самозабвенно сминаю ртом ее мягкий рот, ловлю ее стоны, наши языки сплетаются, и у меня теплится единственная мысль: так-так, сейчас я задам тебе жару, ты уже никогда не будешь прежней. Моя рука сама по себе прижимает вибрирующий бугорок к ее клитору, я в полном восторге от того, как она дергается между мной и машиной, от жара ее ляжек, от того, как она норовит вобрать в себя всю мою ладонь.

Мы переносимся неведомо куда, туда, где можно не притворяться, а просто разинуть рот и излить все то, от чего вот-вот лопнет черепная коробка.

– Ты такая красивая, милая. – Не оставляя в покое ее клитор, я вожу взад-вперед толстой бугристой загогулиной, и она с жужжанием погружается все глубже, глубже, до отказа. Я вслушиваюсь в ее учащающееся дыхание и хочу еще, еще! – Твои глаза. Твоя улыбка. Я с ума от них схожу. А твоя задница? Боже. Убил бы за то, чтобы взять тебя сзади! Ты такая податливая, такая сочная, такая тесная."

"– Хватит, перестань! Нет, не останавливайся, не надо! – Ее рот накрывает мой, он у нее горячий, голодный, ее язык вытворяет немыслимое, рука мнет мне плечо, как будто она карабкается по мне и не намерена спускаться, да я бы и не позволил. – Притворись, – кричит она. – Притворись, что это ты!

Этак я лишусь остатков мозга.

Наверное, позже я смогу, недоуменно глядя в пространство, подивиться тому, что учительница второклашек попросила меня изобразить секс с ней при помощи вибратора, но только не сейчас. Сейчас я могу только ей повиноваться. Я размещаю игрушку перед своей ширинкой, прижимаю Тейлор к машине и уверенно трахаю ее вибрирующим силиконом, как будто это часть меня. Мне больно сознавать, что это не так, но ее наслаждение позволяет мне это пережить. Ее ягодицы таранят дверцу машины, я вольготно занял позицию между ее разведенными ногами, вибратор ходит взад-вперед, она кусает нижнюю губу, груди прыгают вверх-вниз. С секунды на секунду она достигнет оргазма, и я напряженно жду этого зрелища. Считаю, что заслужил.

– Каждый раз, когда будешь пользоваться этой штучкой, помни, что мой член больше, – шепчу я ей на ухо. – И что я в этот момент глажу его, вспоминая тебя.

Только бы продержаться! Я даже не у нее внутри, но, клянусь, чувствую ее спазмы от этих моих слов. Она рвет на мне майку, задыхается, выкрикивает мое имя, двигает бедрами, приближая свой оргазм, обильно орошая вибратор и мою ладонь. Она уже скачет на неутомимом силиконе и на моей уставшей ладони, груди того и гляди выскочат из платья. Загляденье!

– Это шедевр, – скрежещу я, целуя ее, чтобы заглушить крик. – Ты произведение искусства.