Мой Сводный Лёд

Смешная, наивная девочка, которую я встретил в коридоре. Нам тогда было по семнадцать, но я уже с первого взгляда понял, что пропал. А потом… потом родители объявили о свадьбе и представили нас друг другу. Первое — отторжение. Я высказал всё матери, сказал, что начал испытывать… к своей сводной сестре.

“Ты не можешь разрушить мой брак. Я не одобрю эту нить”.

Мама всегда была достаточно эгоистичной. Отец любил её… он отдал ей нить, но не получил взамен такой же безграничной любви. Я не винил её. Ей никогда не понять мой род.

Но Эльена… она была другая. Чистый и искренний луч полюбит всем сердцем, я не сомневался. Но для этого мне нужно сохранить её, но быть таким другом, как Эрмес, я не собирался. Не хватало ещё, чтобы она воспринимала меня как старшего братца. Полюбила как родственника. Даже подобная мысль вызывает у меня отвращение.

На первом курсе я бесился, что не мог быть к ней ближе, и как ребёнок устраивал различные подлости: то ведро воды ей вылил на голову летом, то паука подбросил в кружку. И словами часто задевал. Позже старался себя сдерживать, хотя очень хотелось увидеть её эмоции, чтобы она проявила их ко мне.

В итоге это стало моей стратегией. Держаться от неё на расстоянии, но не забывать напоминать о себе. Мы не родственники. Не друзья. Но мы — соперники. Именно таким она должна знать меня до двадцати лет. А там… дальше у меня будет шанс проявить себя.

В следующем году. В первый день зимы.

Открыла глаза и… шумно выдохнула.

Лирей был невероятно близко, едва не встретил своими губами мои. Кончики наших носов соприкасались, и… он был без рубашки! Я скосила взгляд вниз, случайно — совершенно случайно! — заметив и бицепсы, и мощную грудь, и крепкий пресс с уходящей вниз дорожкой светлых волос…

— Лирей, — шумно выдохнула я и вжалась в подушку, увеличивая расстояние между нами. — Что… что ты делаешь?

Отчего мой голос дрожит? Почему близость братца так волнует? Ох, нам бы не суждено было стать “родными”, даже если бы мы очень постарались. И поняла я это только сейчас, в эту самую секунду, малодушно признавшись, что…

Мой сводный Лёд безумно горяч. И плевать, что это оксюморон.

— Лирей? Опять решил тренироваться в поцелуях?

— Я… — начал дракон, но прервался, опустив взгляд на мои губы.

Я застыла в ожидании ответа. Фантазия готова была нарисовать миллион разных картинок, вплоть до очередной свадьбы в нашей семье… причём на этот раз в брачующиеся были совсем не наши родители.

Да что со мной? Может, я всё ещё сплю? Или заболела? Что за странная лихорадка?

Лёд кашлянул и отстранился.

Я приподнялась на локтях и натянула одеяло повыше, желая укрыться им с головой. Чувствовала, что щёки пылают от смущения.