Мой сводный Б.Е.С.

И за курсы платить. Они все из нормальных, обеспеченных семей. Это я… затесалась.

Яичница феерией вкуса взрывается на языке. Откусываю бутерброд с колбасой и едва не стону от наслаждения. М-м-м… Это же великолепно!

Пытаюсь вспомнить когда нечто подобное ела в последний раз. Наверное, на Новый год. Сейчас уже июнь. Лето.

– Уродов, что напали на Дину, повязали, – делится информацией Ярослав.

Ему от отца достался бизнес, влияние и деньги. Он единственный из нас, кто может по желанию посещать универ. А еще, насколько мне известно, у парня есть сын. Только про него я уже ничего не знаю.

Несколько лет назад в нашем универе был дичайший скандал. Яр был тем, кто его раздул. Больше подробностей не знаю, но некоторые студенты сплетничают до сих пор.

– Парней обвиняют в уличных беспорядках, – продолжает рассказывать Ольховский.– Если не выдвинуть более существенные обвинения, то их отпустят через пятнадцать суток. Не мне вам объяснять, что они придут к общаге. Будут мстить.

– Через две недели никого из нас уже здесь не будет, – ухмыляется Тимин, вальяжно откидываясь на спинку стула. – Пусть делают, что хотят.

– Жень, ты тоже так считаешь? – Ярослав удивленно выгибает бровь. Он явно не согласен с позицией Кости. Если честно, то и я тоже. Но меня никто не спрашивает, поэтому я продолжаю молчать.

– Нет, – задумчиво произносит Беспалов. – Костя мыслит недальновидно. Напавшие на Дину ублюдки за нами в сентябре придут. И не одни. С подмогой.

– Согласен с Женьком, – произносит Ваня. – Если сейчас их не проучим как следует, то по осени нас будет ждать треш.

– Вот и я тоже так думаю.– Бес переводит взгляд на меня.

– Что? – спрашиваю. – Ем я! Видишь? – засовываю очередной кусок яичницы в рот. Жую.

– Дин, к ментам надо съездить, – говорит таким тоном, что не приемлет отказ.

– У меня экзамен через час, – показываю на настенные часы. – Забыл?

– Помню, – ехидно улыбается. Мартовский кот, блин!

– Спасибо за завтрак и за компанию, – благодарю парней. – Но мне пора, – выхожу из-за стола, направляюсь в коридор, по пути убираю в раковину грязную посуду. Мыть не стану. Сам вымоет! Руки не отсохнут.

Прикидываю в уме, как бы все успеть, обуваю кеды, беру свои вещи, дергаю дверную ручку на себя и…

– Эй! – произношу возмущенно. – Женя, открой дверь!

Но он делает вид, что не слышит. Смотрю еще раз на часы, осталось сорок минут. У меня времени нет. Беспалов, ну ты и гад!

Пыхчу от гнева и негодования. Стою на пороге коридора, в обуви проходить дальше не хочу.

– Бес! – шиплю недовольно. – Выпусти меня отсюда! Немедленно!

Но хозяин квартиры не спешит подниматься из-за стола. Он стойко продолжает делать вид, что меня не существует.

Снимаю кеды, иду назад. Пыхчу от гнева и негодования.