Мои сводные монстры

Виктор наклонился и мы сталкиваемся с ним нос к носу. - Я тебя просил. Так со мной не разговаривать.

- Она ничего такого не сказала, Вик, - отвечает за меня Николас, и вовремя, потому, что я уже дрожать начала под этим темным блестящим взглядом. - Иди ложись, родной. У нас с лапушкой вечер интересных историй про мою учебу на актерском.

Виктор выпрямляется. Долго смотрит на брата, словно раздумывает, что ему ответить.

Ему он не говорит ничего. Зато понижает голос так, чтобы слышала только я.

- Никогда еще не был третьим лишним. И все правильно, Алиса. Ты большая девочка. Выбирай сама. Я в комнате.

Он отходит, скрывается за дверью-шторкой, и та закрывается за ним с пластиковым треском.

Лежу и мну в пальцах край кофточки.

Он в комнате.

И меня, вроде как, позвал.

Но дверь при этом закрыл, дорогу мне будто отрезал.

- Мартини с соком? - помолчав, спрашивает Ник.

Медленно перевожу взгляд на него.

Он неловко толкает руки в карманы джинсов, смотрит на меня исподлобья. Выражение лица пасмурное, рассказывать дальше про театр у него нет желания, вижу, как он напрягся, словно ждет, что сейчас я встану и пойду в ту комнату.

- Ладно, - он первым отводит глаза. Отходит к холодильнику. Достает бутылку с мартини и плещет немного зеленоватой жидкости в мой недопитый сок.

Возвращается ко мне со стаканом.

Принимаю коктейль из его рук, делаю маленький глоточек.

- Чего тебе хочется, скажешь? - он опускается на пол, возле кровати. Складывает локти на покрывале, и я почти королевой себя ощущаю, возле ног которой пристроился слуга. - У тебя глаза слипаются, - он невесело усмехается, когда я делаю еще глоток. - Обещал тебе, что ночевать будешь дома. А вышло так по-дурацки. Простишь меня? Ложись, тебя укрыть?

Он поднимается.

Скрывается в комнате Виктора и возвращается с мягким пледом, набрасывает его на меня.

- А ты что будешь делать? - удобнее кутаюсь в одеяло и в пальцах поворачиваю стакан. Соблазн так велик - устроиться удобнее и закрыть глаза.

- Поработаю, - он идет к выходу и щелкает выключателем. Верхний свет гаснет. - Много неотсортированного материала, мне есть чем заняться, - он понижает голос, его тихие слова вплетаются в неяркое голубоватое освещение от множества светильников. - До утра, нас не откроют, наверное. Приятных снов, сладкая.

Сползаю в подушках ниже. Ставлю стакан на пол и облизываю сладкие губы. Натягиваю плед до подбородка.

Закрываю глаза и вслушиваюсь в его негромкие шаги, слышу, как он открывает ящики, рвет бумагу, потом включает ноутбук, я слышу, как он мерно бряцает пальцами по клавишам.

Эти звуки усыпляют.

И я проваливаюсь в сон.