Мои. Спор на счастье

Но вдруг поняла, что глаза Иля, не мигая, изучают то, что не удалось скрыть полотенцем.

И под темными, почти черными глазами Тахирова, по коже Крис помчались мурашки. А соски стремительно становились твердыми. И в животе начало. твориться что-то странное.

Впрочем, Кристина все прекрасно понимала. Знала, что таится в глубине карего взора. И почему ее собственное тело так странно реагирует на близость парня.

Совершенно некстати девушка вдруг вспомнила, как ее грудь облапили руки ненавистного отчима. Как ее затопило чувство омерзения к тому человеку, и к себе самой за то, что не смогла дать отпор, растерялась, позволила ему войти в квартиру.

И захотелось вдруг стереть те эмоции. Забыть. Заменить другими. С другим мужчиной.

Кристина убрала руку, позволив полотенцу сползти к животу. Сдавленный выдох раздался в тишине комнаты. И девушка вскинула голову, чтобы посмотреть, убедиться, стоит ли Ильнур здесь, рядом.

– Прикройся, девочка, – голос парня звучал глухо, сдавленно, будто ему не хватало воздуха.

Однако Кристина вопреки просьбе мотнула головой и медленно поднялась на ноги. В росте она, конечно же, не сравнялась с Ильнуром, но зато была на шаг ближе к нему.

– Я устала. Хочу забыть. Помоги мне, пожалуйста, – очень тихо прошептала Худякова.

– Ты ведь даже не представляешь, о чем просишь, – так же сипло, не шевелясь, но опустив голову и глядя на Крис исподлобья, произнес Тахиров.

– Пожалуйста, – одними губами прошептала Кристина, понимая, что если Ильнур сейчас уйдет в другую комнату или отвернется, то она просто сбежит. Наверное, даже соберет вещи и уедет. Не важно, куда. Подальше отсюда. Машину продаст. Квартиру. Да без разницы, где, но найдет деньги! Главное, что она просто не сможет смотреть в глаза Ильнуру Тахирову после того, как предложила ему себя, точно какая-то...

Кристину смел с ног и припечатал к мягкому, все еще расстеленному дивану, самый настоящий смерч. Она не успела подумать, вскрикнуть, даже вздохнуть не успела, а жадные, твердые, сухие и настойчивые губы уже завладели ее ртом.

Сплошное непрекращающееся безумие!

Девушка здоровой рукой вцепилась в затылок парня. А Иль словно и сам сошел с ума. Его ладони, горячие и волнующие, были, казалось, повсюду. Сжимали, сдавливали, ласкали.

А Кристина тянулась к этим рукам, к горячему дыханию, к терпкому аромату, присущему только Ильнуру. И даже не подумала оттолкнуть парня, когда тот вклинился меж ее разведенных бедер и качнулся вперед.

Наоборот, Крис послушно развела бедра шире, прогнулась и не смогла сдержать стона, когда ткань шорт Тахирова ощутимо потерлась о ее обнаженное тело.

Худякова не знала, почему все происходит именно так. Она ведь никого прежде к себе не подпускала, потому что помнила, как отчим...