Мои порочные отчимы (СИ)

Сэм

- Мама! Мамочка! Забери меня! Они… они хотят меня … Мама… пожалуйста!

Ее крик, нервный, навзрыд просто… бесит! Бесит, потому что цепляет! Трогает!

Потому что… Хочется схватить, прижать, пожалеть…

Блядь, прощения попросить! За то что мы…

А ведь прощения ее мамаша – сука – просить должна! Все из-за нее…

Твою ж…

Это не должно было закончится так! Только не так!

Но почему-то мои пальцы мнут ее грудочки, и я сжимаю член, из которого продолжает капать сперма!

Кончил, блядь, как пацан! Просто сиську потрогав!

Да… но какую сиську! Чёрт! Давно ничего подобного в руках не держал!

Мягкая, и в то же время упругая, нежная грудь. Большая! О, да! Люблю, когда там полный порядок!

И даже больше!

Вообще не люблю худышек и плоскодонок! Это не мое! Женщина – это сиськи! В первую очередь!

И я всегда сперва смотрю не на ноги и не на задницу, как многие парни.

На грудь. Это мой фетиш.

И как же мне понравилось чувствовать, как ее сосочки становятся твердыми… И как она вздрагивает, когда я цепляю и выкручиваю их. Вздрагивает не потому, что Дин лапает ее дырочку. Нет! Именно от моих прикосновений дрожь начинается! Начал я. Это потом Динар устроился у ее коленочек.

Ладно, пусть! Я тоже своего не упущу!

Поглаживаю нежно, чувствуя, как понемногу прекращаются судороги, стихает ее истерика.

Она обмякает в моих руках, всхлипывая.

- Пожалуйста… не надо больше.

- Девочка, ты сама напросилась! – Дин слишком суров. Мне кажется, уже достаточно.

- Слыш, Дин… давай полегче, - хмуро говорю, пряча конец в штаны. - Все. Закончили.

- Закончили? А мне кажется, только начали! Ты же спустил пар, да, Сэмми? А я еще нет, у меня тут, - он демонстративно кладет руку на пах, - тут еще тяжко и больно. И мне нужна помощь одной детки!

- Нет… - перепуганная малышка чуть ли не стонет. - Только не это! Нет! Я не буду вас ублажать! Не буду!

- Ах, какие мы знаем слова! Ублажать! Мамуля научила? Она-то хорошо умеет… ублажать… сука!

- Не смейте так говорить про маму! – в её глазах загорается огонёк непокорности.

- Решила мне указывать?

Дин неожиданно хватает ее за щеки, сдавливая пальцами.

- Когда я говорю – мы молчишь. Усекла, детка?

У девчонки снова глазки кукольные на мокром месте. И мне…

Да, твою ж мать… мне жалко ее.

Наивная.

Я все-таки почему-то верю, что ей далеко до твари мамаши. Она вообще не такая! Она…

Невинная, девственная глупышка.

Но… скоро мы это исправим. Лишим наивности, сделаем умнее и… от девственности тоже, может, избавим.

По крайней мере от одной из трех точно.

А может и из двух.

Посмотрим.

Очень уж аппетитные у крошки дырочки. Все. Я успел их хорошо разглядеть, пока ремешком по попке прохаживался.

И розовенькую киску – персик, покрытый нежным пушком, и алую звездочку сзади, такую маленькую, почти незаметную.