Мои палачи

Оборачиваюсь, отбрасываю за спину мокрые волосы. - Вы меня достали. Я устала. Мне с вами плохо.

- Давай об этом поговорим, - Алан опирается плечом на косяк.

- Нет. Просто уйди от меня. Не надо здесь стоять. Уйди.

- Юля, - он заходит и запирает дверь. - Я хочу поговорить.

- Я не хочу. Не разговаривай со мной. Вообще. Никогда. Забудь. Уйди. Чего встал? Уйди! - ору и сбрасываю на пол вазу с цветными шариками морской соли.

Он срывает с крючка белый махровый халат и швыряет в меня.

- Оденься хотя бы. Киса. Станешь убедительнее. Мисс голая попка.

Оглядываю бедра. Пораженно моргаю. Он мне язвил только что? Или что делал? Я не сама разделась, не сама к ним в постель прыгнула, я...

- Ты совсем охренел.

- Успокойся, Юля.

- Вокруг одни предатели. Чокнутые психи. Все творят какую-то дичь. А я расхлебываю. Одна. Мне пусто и одиноко, знакомы тебе такие чувства? Слова хотя бы эти знаешь? Я уже не могу.

- Я с тобой. Все хорошо.

- Ты не со мной. Ты тоже предатель. Мы дружили. А ты так со мной обошёлся.

- Я не хотел. Я все исправлю. Обещаю.

- Не исправишь. Уйди или уйду я.

Он стоит. Деться мне некуда, придётся шагать мимо него. С психом распахиваю душевую кабину с намерением уйти туда. Дверь стукается об стену. Мне нравится. Закрываю ее и рывком открываю, и ещё раз. Почти ветряная мельница, туда-сюда она громко брякает, брякает, брякает, стекло трескается, со звоном осыпается, падает, падает, падает.

Заношу ногу и примеряюсь к груде осколков голой пяткой.

- Юля!

Меня сметает с пола, нет опоры, есть лишь его тело, сильное, горячее, и объятия, уверенные, мужские, заботливые, как настоящие, крепкие, и лицо, серые глаза, застывшее отчаяние, как у меня, ничего не изменить, никогда, нет сил, очень болит, где выключатель.

Где долбаный выключатель.

Вот он. В порыве хватаю его за волосы и впиваюсь в губы.

Мы пошатываемся и налетаем на стену.

- Юль, - он уворачивается и пытается отодрать от себя мои руки, - подожди, Юля. Ты не в себе.

- Меня тошнит, - кусаю его шею, тяну за воротник и душу, - от тебя. От вас всех. Сделай что-нибудь, помоги мне.

- Я помогу, я щас помогу, погоди, дай я тебя поставлю.

Обхватываю ногами его бедра и сдавливаю его крепче, не даю себя снять, не даю себе думать, всхлипываю и трясусь, вот-вот разражусь рыданиями, почему меня так колбасит, во мне вырыли яму, мне нужно заткнуть эту дыру внутри.

Хватаю его за член.

У него стоит, даже сейчас лопаются брюки.

Он подбрасывает меня на руках и матерится возле уха, перехватывает мою руку, не даёт расстегнуть ширинку.

- Уймись!

- Нет! Давай!

- Тише, Юля.

- Давай, ты хочешь! - бью его щеке. - Ну?! Трахни меня! Как ты умеешь! Брата позови!

У него ломается взгляд, словно лёд трескается. Выступают слезы. Он смаргивает, они накатывают.

Завороженно смотрю ему в глаза. Пальцем трогаю мокрую дорожку.