Мои

А я отслеживал по камере каждое ее движение, готовый в любую минуту сорваться к сыну, если вдруг что-то.

Понятно, что самым простым решением было бы ее убрать, нахрен, и, возможно, допросить… Не жалея. Я, конечно, с бабами не воюю, но тут что-то подсказывает, что нихрена не баба это…

Верней, баба, но такая баба, что любого мужика завалит.

И пусть на нее вообще ничего не было, а отдельно допрошенный отец одноклассника Ваньки, тот самый мужик, что пристроил свою старшую девчонку в университет Лиги Плюща и порекомендовал нам эту говорящую куклу, клялся, что она нормальная, и тоже перешла к нему по наследству от другого такого же папаши сына-раздолбая.

Правда, не здесь это было, не в моем крае, но справки все равно наводились конкретные.

И спрашивать про репетиторшу теперь уже в столицу поехал Сонный лично.

А еще выяснилось, что окончательное решение по кандидатуре репетиторши, заочно, правда, принимала Аня. А пачку резюме, где, кроме этой кандидатуры, было еще пять претендентов, ей скинул Жека…

Черт, не надо было с ним так неаккуратно! Теперь и не выяснишь до конца, просто так он отобрал людей, без задней мысли, или с задней?

Но я в тот момент что-то не сдержался…

Старость, наверно, никаких сил на усмирение зверя внутри не хватает.

И с Аней лажаю, и по бизнесу.

Раньше бы я…

А что раньше?

Раньше бы я этого Жеку в асфальт вколотил быстрее, чем тот успел бы вякнуть! Потому меня и “любят” так сильно в городе и крае, что знают, Хазар не будет выжидать.

Хазар не умеет терпеть.

Хазар сразу бьет насмерть.

Я с детства так шел по жизни.

И теперь мало что изменилось.

Эта манера откровенно плоха для дел, но и плюсы в ней есть: мало кто рискнет переходить дорогу человеку с настолько страшной и кровавой репутацией. Это как в поговорке: сначала ты работаешь на репутацию, а потом она на тебя.

И вот теперь я теряюсь в догадках: то ли дорогу мне переходит человек, знающий о моих особенностях и не боящийся их, готовый к ним, уверенный, что сумеет ответить или уйти от удара.

Или полностью отмороженный кретин, неспособный в анализ и логику.

И не понять, какой из вариантов опасней…

Аленка сидит дома безвылазно. В сад не ходит, гуляет на террасе. Ее нянька при ней круглосуточно. Ванька ездит в школу и ходит в клуб, занимается, у него скоро соревнования. Есть все шансы на чемпионство. И охраняют его, как не всякого президента.

Аня… Аня ездит на работу, несмотря на мой негласный запрет. И остановить ее никак не получилось. Силой разве что, а это — крайняя мера, на которую я пойду без сомнений, как только хоть какую-то внятную информацию на руках буду иметь.

А пока для нее все мои слова — не бред, конечно, но и не повод подчиняться.

Упрямая, невозможная женщина.