Мой любимый герцог

 – Они соседи мисс Фаст.

– Не могу сказать, что знаю их, – вздохнул Гриффин, – но определенно знаю о них. Если сестра мисс Эверард – Вероника Портингтон, то это одна из юных леди, что получили письма от тайных поклонников.

Рат сложил карты и бросил на стол.

– Ты уверен? Я не помню это имя.

– Каждый из нас отправил по четыре письма. Вероника Эверард была из моей четверки.

Рат нахмурился, обдумывая слова Гриффина, а Хок добавил:

– Да, это было два года назад, когда мы пытались узнать, кто пустил слух о возможной мести сестрам Гриффина. Тогда мы выяснили, как сложились судьбы всех двенадцати юных леди, чтобы убедиться, что наши письма не причинили им вреда.

Рат никогда не забудет времена, когда эти слухи гуляли по Лондону. Ему все еще хотелось найти тех, кто их распространил, и вытрясти из них всю душу.

– Миссис Портингтон, насколько мне известно, вполне счастлива в браке. Ее супруг, правда, периодически попадает в финансовые неприятности, однако светские мероприятия она посещает и убитой горем не выглядит, – заметил Гриффин.

– Мы навели справки обо всех, кому отправляли письма, и ничего особенного не обнаружили, – добавил Хок.

Рат задумчиво постучал картами по столу, Гриффин глотнул эля, а Хок откинулся на спинку стула и принялся качаться на задних ножках.

Если верить Марлене, миссис Портингтон глубоко несчастна. Возможно, со стороны может показаться иначе, но достаточно переступить порог ее дома, чтобы понять: ни миссис Портингтон, ни мисс Эверард, ни любая другая леди не может быть там счастлива. Какая женщина захочет по собственной воле жить в доме, где все жизненное пространство отдано ящикам с артефактами, чучелам птиц, высушенным костям, слоновьим клыкам и окаменелостям?

Рат мог понять, почему мисс Эверард упала в обморок при первой встрече: ей было известно про их проделки. Миссис Портингтон определенно тоже не обрадовалась, увидев его в своем доме, но ведь не рухнула же на пол. Неожиданно ему показалось еще более важным то, что собирался сделать для Портингтона.

Некоторые ситуации начали обретать смысл, хотя и не все. Рат развернул карты и уставился на них. Гриффин и Хок сосредоточились на своих картах, и игра началась.

Неожиданно к их столу подошел служитель и поклонился.

– Простите, ваши светлости, что прерываю вашу игру, но у меня сообщение для герцога Ратберна.

– В чем дело? – спросил Рат.

– Там, на улице, посыльный от некой миссис Джастины Абернати: дама просит вас как можно скорее прийти по известному адресу.

Рат нахмурился. Неужели что-то случилось с Марленой?

– Кажется, речь идет о компаньонке мисс Фаст? – поинтересовался Гриффин.

Рат кивнул, подумав, что если бы произошло что-то действительно серьезное, миссис Абернати сказала бы больше, но тем не менее забеспокоился.