Мой кошмарный принц

Тот, за многочисленные кастинги и спектакли, казалось бы, привык к любым взглядам. Но тут ему показалось, что его просветили рентгеном, препарировали, а потом, изучив внутренности, пришли к каким-то определенным выводам. Но каким — не поделились. И оставалось лишь сделать невозмутимое лицо, не выдавая ни на мгновенье собственное смятение.

— Думаю, кактус она все-таки пожалеет, — развел руками Белозеров. — А то он еще колючки об меня обломает. Жалко все-таки, живой.

Его ответ детективу явно понравился — тот усмехнулся и похлопал парня по плечу. После чего протянул руку и представился:

— Родион Мирославцев, крестный этой кнопки. Так это ты виновник сегодняшнего сбора?

— Станислав Белозеров, — не менее твердо пожал протянутую ладонь сосед. — Нет, я здесь лицо такое же случайное, как и вы. Но заинтересованное.

— Что ж, радует, что в этот раз она хотя бы позвонила мне, а не стала лезть в самую гущу событий, — хмыкнул Родион, проходя по коридору в сторону кухни. — Повзрослела-поумнела, что ли, Аська?

— А что, были уже прецеденты? — насторожился Стас, надеясь хотя бы из детектива выцедить немного информации. Ну а что еще оставалось делать, если предмет его интереса так рьяно хранит собственные секреты? То есть она уже влипала в какую-то детективную историю? И, судя по всему, это не слишком благополучно закончилось. Уж не с этим ли связана ее осторожность? Черт, он так скоро в любую точку будет пальцем в небо тыкать в надежде попасть. Кто бы знал, как его это бесит…

Ася слышала его расспросы, но в разговор даже не пыталась влезть. Да и зачем? Или она крестного не знает? Все скорее закончится тем, что Стас выложит о себе полное досье, достойное ФСБ, а сам останется с большим и кривым баб-ежкиным носом.

— А ты с какой целью интересуешься, юноша? — равнодушным тоном полюбопытствовал Мирославцев. — И ты вообще кто? Чем занимаешься? Что от нашей мелочи надо?

Вопросы звучали кратко и жестко. Станислав едва подавил в себе порыв выпрямиться, приложить руку к пустой голове и начать все исчерпывающе докладывать.

— А я кактусы приручать люблю, — отговорился он. — А в свободное от охоты время в театре играю.

— О как! — присвистнул Родион. — Что, и с родительницей Асюты познакомиться уже успел?

Ну конечно, он же ее крестный. Значит, и Викторию Владимировну по-любому знает. И почему только Стас почувствовал себя так, будто муравьем под микроскопом? Идиотское ощущение.

— Учился у нее, — мрачно ответил он, уже и не особо надеясь, что сможет получить ответы на свои вопросы, утолив любопытство этого странного человека. Не настолько и наивным он казался. Наверное, много проще было бы побеседовать на эту тему с матерью Аси… Хотя нет, совсем идиотская мысль.