Мой кошмарный принц

Интересно, что нужно сделать, куда уйти, чтобы вдруг внезапно вновь стало легче дышать? Пока что его было мало, катастрофически мало. Даже здесь, у реки, где дул прохладный ветер, заставляя аккуратные локоны превратиться в какое-то гнездо для пролетающих мимо воронов. А еще ее била дрожь. Нервная, крупная. Такая, что она боялась не выдержать и просто разреветься, как маленькая девочка, на глазах у Стаса. Это оказалось слишком сильным потрясением. Она все-таки не была готова встретиться с собственным прошлом.

Простонав, она закрыла лицо руками и почувствовала, как пальцев коснулась влага. Это что, дождь? Она очень надеялась, что дождь. Потому что плакать из-за этого не хотелось, мягко говоря.

— Ну-ка, посмотри на меня, — сильные руки отвели от лица ее ладони. — Что происходит? Что он тебе такого сказал? Кто это вообще?

В голосе Белозерова слышалась жесткость и ярое желание сорваться с места и просто разорвать на части Илью. И Ася понимала, стоит ей сказать хоть слово — и он действительно это сделает. И пойдет куда угодно. И в обиду никому не даст. Вот только… Заслуживает ли она этого?

Думать об этом, глядя в метающие молнии зеленые глаза, было сложно. Поэтому Ася вырвалась из его объятий, оперлась руками о парапет набережной и уставилась на тихую гладь. Вода, к сожалению, не подсказала, что же ей делать. Но надо быть реалисткой — даже чудесная сказка, в которой она оказалась, несмотря на обстоятельства, должна рано или поздно закончиться. Да и лгать человеку, который много для нее значит, глупо. Пора раскрыть ему глаза на «феечку».

И она заговорила. Негромко. Не глядя на него. Но четко произнося каждое слово, чтобы не приходилось потом повторять.

— Его зовут Илья, он мой бывший парень. Мне тогда было восемнадцать. Глупая, наивная дурочка, которая верила, что ради любви можно сделать все. Что любовь спасет мир. Что бывает «раз и навсегда», — на последних словах у нее вырвался горький смешок.

Стас, шагнувший было к ней и протянувший руки, чтобы обнять ее за плечи, замер. Он чувствовал, что вот, сейчас, здесь, узнает всю ту правду, которой добивался последние несколько недель. Но готов ли он ее слышать? Он не думал, что это как-нибудь сможет отвратить его от феечки, нет. Вопрос был в другом. Как ему потом не свернуть весь мир к чертям, пытаясь избавиться от ее демонов?

— А потом он вдруг стал каким-то нервным, срывался по пустякам. Честно, я думала, что у него появилась другая. Стала прислушиваться, пыталась понять. Знаешь, в дурах не очень хотелось ходить…

Стас молчал. Просто каким-то шестым чувством ощущал, что ему сейчас нельзя говорить. Может спугнуть нежданную откровенность. И вообще лучше смимикрировать под фонарь.

— А потом я узнала, что у него долги, — все тем же спокойным, ровным голосом продолжала Ася.