Леди не копают могилы

Женщину уводили и успокаивали. Она позволяла себя увести. А через несколько минут опять врывалась во двор и… даже не плакала — выла, распластавшись по крыльцу и уже заметно изломанными ногтями царапала древесину ступеней, в муке вонзая в них пальцы. А страшные рыдания вновь сотрясали двор. Невыносимо!

Не выдержав, Диана таки рванулась к выходу, но дорогу ей преградил стражник.

— Понадобится ваша подпись на документах, далеко не уходите, — бросил он строго, и Ди не оставалось ничего, кроме как кивнуть и отложить идею побега.

— Боги, да на вас лица нет, — внезапно выросла возле нее старушка в подвязанном под горлом голубом платке. Глашира, как ни странно, Диана даже помнила ее имя. — Пойдемте, пойдемте, я вам хоть попить налью. Передохнете немного.

— А… — начала было Ди, бросив взгляд в сторону стражника, в этот момент уже стоящего к ней спиной и о чем-то беседующего с Марко.

— Так я же через два дома живу, — не дала ей договорить Глашира, мягко, но настойчиво подталкивая к калитке. — Позовут, как приспичит.

Что и говорить, никогда еще Диана не соглашалась на чье-либо предложение с большим удовольствием.

​

***

Старые качели, не предназначенные для взрослых, поскрипывали под ее весом. Но Диана снова и снова отталкивалась ногой, приводя их в движение. Скрип и снова скрип...

«Как серпом по яйцам», — слышала она как-то от местных описание неприятного звука и смеялась над таким определением едва ли не до слез. Теперь же поняла, каким точным оно было.

Скрип и снова скрип...

Качели были фабричные, металлические, не рукотворные. Такие ставят в богатых домах, а в последние годы на общественных детских площадках в городах. Кто знает, откуда взялись эти в деревне. Возможно, из города и достались в наследство — судя по тронувшей опоры ржавчине, от которой не спасала даже явно свежая краска, и глубоким вмятинам, несколько деформировавшим конструкцию, качелям шел далеко не первый год. Списали и выбросили на помойку, а местные подобрали и нашли применение? Или же рачительная леди Гарье купила отслужившую свое вещь за бесценок и преподнесла крестьянам как щедрый подарок?

Как бы то ни было, нынешний хозяин качелей оказался не рад, что их использует кто-то, кроме него, и, встав напротив, попытался согнать Ди убийственным взглядом."

"Яниса увела в дом Глашира, а Диана осталась. Правда, чувствовала себя при этом немного преступницей, отнявшей игрушку у и так нездорового ребенка. Но лучше уж скрип качелей, чем вопль обезумевшей от горя матери. Он доносился и сюда, но благодаря расстоянию воспринимался не так остро.