Две могилы

— Отлично. Немного жирных сливок и три ложки сахара.

Он принес две дымящиеся чашки, поставил на стол и сел рядом. Сначала они пили молча, Кори почувствовала, что проголодалась, и съела один пончик. За окнами щебетали птицы, утреннее солнце пробивалось сквозь листву, ароматы леса проникали в комнату. Это было так замечательно, что у Кори навернулись слезы на глаза.

Джек тут же переполошился:

— Что с тобой, Кори? У тебя что-то случилось? Чем я могу помочь?

Она успокаивающе махнула рукой, утерла слезы и улыбнулась:

— Ничего страшного. Не беспокойся. Я… просто устала немного.

Все еще взволнованный, он сел обратно на стул, протянул руку, чтобы обнять ее, но она отстранилась:

— Дай мне время привыкнуть.

Отец резко отдернул руку:

— Да-да, конечно.

Его заботливость растрогала Кори. Она захлюпала носом. Возникла неловкая пауза, никто не хотел первым задать вопрос.

— Ты можешь оставаться у меня, сколько захочешь, — решился наконец Джек. — Я ни на чем не настаиваю, приезжай и уезжай, когда тебе вздумается… Хм, а где же твоя машина?

Я что-то не заметил.

Она покачала головой и тут же спросила без всякого перехода:

— Говорят, ты ограбил банк?

Он замер от неожиданности, но все-таки ответил:

— Нет, это неправда.

Внутри у Кори похолодело. Он уже начал лгать ей.

— Я действительно не делал этого. Меня подставили.

— Но ведь ты… сбежал.

Он вздернул голову, тряхнув остатками волос:

— Да, я сбежал. Как последний дурак. Знаю, что сглупил, но ведь я же не виноват. У них есть доказательства, но это потому, что меня подставили. Все выглядит так, будто…

— Постой. — Кори подняла руку. — Не рассказывай дальше.

Ей не хотелось слушать, как он лжет… если это в самом деле была ложь.

Отец замолчал.

Кори сделала большой глоток. У кофе был изумительный вкус. Она взяла второй пончик и надкусила его. Остановись, мгновенье! Кори попыталась расслабиться, но один вопрос, который она гнала от себя, возвращался снова и снова. В конце концов она сглотнула слюну и произнесла:

— А что это за пакеты и письма лежали в твоем шкафу?

Джек уставился на нее:

— Ты их видела?"

"— Что тогда произошло на самом деле? Почему ты уехал и… ни разу даже не позвонил? За все пятнадцать лет.

Он взглянул на дочь с удивлением и грустью:

— Дьютт не разрешила звонить тебе, она сказала, что ты не хочешь со мной разговаривать, и я… я подумал, что ты права. Но я каждую неделю посылал тебе что-нибудь, Кори. Письма, а то и подарки, если появлялась возможность. Ты становилась старше, и я пытался угадать, что тебе могло бы понравиться. Куклы Барби, детские книжки. На каждый день рождения я посылал тебе подарок, а когда не было денег, то хотя бы открытку.