Могильщик из Таллина

Полностью сгорает за три часа. Опытным путём можно установить, через сколько минут после зажжения, огонь дойдёт до нужного места. Обращаю ваше внимание, что вторая верёвка, проходящая через свечу — не обычная бечева, а сапожная дратва. Она тоньше, прочнее и, к тому же, навощена, что приводит к быстрому горению.

Инспектор перелез через перила обратно. Тем временем, доктор уже осмотрел труп, извлёк из тела стрелу и тихо вымолвил:

— Mors vera.

— Что вы там бормочете, доктор? — недовольно спросил Саар.

— Я сказал, что наступила смерть.

— Так прикажите санитарам забирать труп!

— Да вот и они, — указывая на двух рослых мужчин, выговорил врач.

Тело положили на носилки. Полицейский вдруг снял туфли с покойника и принялся их внимательно рассматривать. Санитары ушли.

— Необычная обувь, — вымолвил Саар.

— Уж это точно! Не каждый сапожник возьмётся за её изготовление, — вмешался в разговор пастор.

— В Таллине только два мастера шьют туфли для органистов. У одного будка на Русском рынке, а другой у Александровской гимназии, — добавил викарий.

— Почему только двое?

— Слишком большие требования. На подошву и каблуки нужно наклеить замшевые наклейки, позволяющие ногам скользить вдоль и поперёк педалей. А чтобы чувствовать ножные клавиши, подошва должна быть очень тонкой. И каблук высокий, но не широкий. Это облегчает игру пяткой. Вставка на носке оберегает пальцы. Кожаный верх мягкий и эластичный, обеспечивает вентиляцию стопы. Но колодка нужна узкая, чтобы не допустить нажатие сразу двух басовых клавиш. Покойный как-то рассказывал мне об этих сапожных премудростях, — печально вздохнул викарий.

— Позвольте взглянуть? — попросил Ардашев.

Инспектор протянул туфли и сказал:

— Видно недавно из мастерской.

Клим Пантелеевич внимательно осмотрел обувь и вернул полицейскому. Тот, бросив их туфли на пол, вдруг обратился к листмейстеру, кальканисту и смотрителю:

— Завтра в девять приказываю всем, как очевидцам происшедшего, явиться ко мне в участок для подробного допроса.

— Всем? — переспросил кистер.

— Я что неясно выразился? — надменно выговорил полицейский.

— И хористам?

— Я же сказал — всем, включая пастора и викария.

Инспектор приблизился к Ардашеву и досадливо проронил:

— Чувствую я, что это убийство будет раскрыть не так-то просто. Попробуй отыщи злодея среди людского сонмища. Тут одних прихожан около сотни, не говоря уже о тех, кто имеет отношение к церковной службе. Все равно, что искать иголку стоге сена.

— Её можно найти, если в ушко вдета нитка.

— То-то и оно, если вдета, а если нет?

— Тогда надобно выяснить, чьи следы ведут к стогу.

— Вам-то хорошо разглагольствовать. Уехали в свою Прагу — и всё. А мне возись. Кстати, хотел вас поблагодарить насчёт происшествия в Фалле.