Пустая могила

Локвуд медленно отворил ее, и перед нами открылся широкий темный коридор, в дальнем конце которого мерцали огни на лестничной площадке. Толстый ковер, которым был застелен пол в коридоре, полностью гасил шум наших шагов. Если не считать доносившегося откуда-то тиканья еще одних часов, в доме царила тишина.

– Череп, – позвала я. – Ты что-нибудь ощущаешь?

– Я имею в виду сверхъестественную активность… Заметишь – дай мне знать.

Двери большинства расположенных вдоль коридора комнат были отперты, и мы очень скоро выяснили, что все это кабинеты и ванные комнаты. Среди них оказалась даже одна маленькая спальня. Все комнаты были красиво меблированы, но в целом в них не было ничего особенного. А потом Холли попалась одна комната, заглянув в которую и направив внутрь луч своего фонаря, она приглушенно вскрикнула, отскочила назад и выхватила рапиру.

Секунда – и все мы были уже рядом с Холли.

– Все в порядке, – шепнула она. – Просто в первый момент мне стало жутко… Показалось, что комната полна людей.

Локвуд толкнул дверь и распахнул ее. Хотя слова Холли должны были подготовить меня, я невольно вздрогнула. Лучи наших фонарей осветили то, что можно было принять за выстроившиеся в ряд фигуры с надвинутыми на лицо капюшонами. Точно так же в ряд стояли во время одного из наших ранних расследований Кровавые монахи из Эшфорда, и точно так же они светились потусторонним серебристым светом – разумеется, за исключением тех мест, которые у них были залиты кровью. Но здесь перед нами были не призраки, нет. Хотя от вида этих фигур у меня по коже побежали мурашки, и задрожали колени, и захотелось бежать отсюда без оглядки, я все же поняла, что это висящие на вешалках накидки. Кроме этих серебристых накидок в комнате обнаружились аккуратно составленные коробки, и на каждой из них стояла эмблема Общества Орфея – маленькая греческая арфа.

В доме по-прежнему было тихо, а комната оказалась слишком интересной, чтобы вот так просто пройти мимо нее, не осмотрев как следует, хотя с первого взгляда было ясно, что нужной нам книги здесь нет. Я подошла к вешалке, провела рукой по одной из накидок и с удивлением обнаружила, что сделана она не из ткани, а из множества мелких чешуек, легких как паутинки и аккуратно пришитых к сетчатой основе. Они легко текли сквозь мою ладонь словно вода.

– Локвуд, эти накидки тебе ничего не напоминают? – спросила я.

– Конечно напоминают, – кивнул он. – Только наши с тобой накидки были из перьев, а так почти одно и то же. Посмотри, как они пришиты к основе. – Я не видела лица Локвуда, однако по его тону догадалась, что он хмурится. – Пожалуй, они слишком похожи…

– А вот еще сюда посмотрите, – сказал Киппс. – Очки. В точности такие же, как у меня.

Он показал одну из открытых им коробок.