Могила для бандеровца

Локоть во время падения угодил бородачу в солнечное сплетение, причем силе удара способствовал и вес тела Василия. Бандеровец охнул и вытаращил глаза от боли. Сильным ударом, насколько это было возможно в полулежачем положении, да еще сбоку левой рукой, Ивлиев оглушил противника, а потом схватил первый же подвернувшийся под руку кусок бетона и ударил его в висок. Вскочив и стоя на коленях, он ударил еще и еще, пока не понял, что голова бандеровца качается уже безжизненно.

— Убил, что ли? — возбужденно прошептал за спиной Жорка. — Ух, как ты! Я и понять ничего не успел, как вы с ним схватились. Ловок ты, аж страшно!

— Тихо! — Василий поднял голову и стал прислушиваться. — Отсюда вышел, и один. Ты вообще кого-то тут видел за то время, что квартировал в том бункере?

— Не, даже близко никого не было.

— Значит, есть надежда, что это или случайный бандеровец, или что их тут немного. А может, посыльный какой-нибудь. Что им тут прятаться, тут все видно за несколько верст. Если большой отряд, то им в лесу удобнее. Нет, не может быть их много.

— Это ты сейчас меня уговариваешь или сам себя? — спросил Жорка."

"— Черт, все ты понимаешь, — криво усмехнулся Ивлиев. — Понимаю, что глупо лезть в самое логово, не зная, кто там и что там. Но я не могу позволить, чтобы они девушку в плену держали. Что они с ней там делают, ты можешь мне сказать? Не можешь. А я даже думать боюсь об этом. Короче, Жорик, дуй отсюда в город.

— Я с тобой, — как-то очень просто ответил парень.

— Ладно. Только без моего приказа ни чихнуть, ни выстрелить, понял? Давай тело спрячем, а то лежать будет на самой дороге. Его, может, через пять минут найдут и поднимут тревогу.

Повесив автомат на шею, Ивлиев взял труп под мышки. Жорка тут же с готовностью ухватился за ноги, явно пытаясь всем своим видом показать, что он не боится. Приличная яма нашлась поблизости, куда положили тело убитого, прикрыв обломанным сухим кустарником, трухлявыми палками и обломками досок. Обшарив карманы бандеровца, Ивлиев нашел зажигалку, с ремня снял армейский нож в ножнах, из подсумка он вытащил два полных автоматных магазина.

— Как думаешь, — деловито спросил Жорка, — там внутри их много еще?

— Нет, не думаю. Это не база, где постоянно живет подразделение УПА. Возможно, просто какой-то объект националистов, который находится под охраной. Охрана маленькая, только внутри, значит, они не боятся нападения, иначе бы был пост и снаружи. Идешь?

— Да, я с тобой, — кивнул Жорка, упрямо сжав губы.

Ивлиев посмотрел на парня почти с нежностью. Вот он где проявился. Всю свою недолгую жизнь был вором и аферистом, а в душе, оказывается, романтик и боец с несправедливостью, со злом. Может, конечно, это все те же отклики его врожденной склонности к авантюрам, риску и приключениям.