Тень за моей спиной

По-русски прочесть Аддерли не мог, поэтому попросил перевести Дженни, что та и сделала с удовольствием, процитировав фразу: Действуй на опережение». И уже занимаясь Аркурами, Ленокс наткнулся на эти же слова, но написанные по-латыни: «Gesta verbis praeveniant». Девиз целого рода столетиями оставался неизменным. Да и фамилия семейства — Курицыны, весьма схода с оригиналом. Вот тут у историка окончательно сформировалась мысль о связи жены Сержа и прочими родственниками Бернара Датчанина. Нет, Троя Шлимана не шла ни в какое сравнение с той находкой, что сделал Лен.

Оставался Серж, вставший на пути мечты Ленокса. Историк не вводил родственника в курс дела настолько, чтобы тот чего-то понял, это было ни к чему. А вот о расставании супругов узнал от самого родственника.

Сутки назад он позвонил племяннику, пока ещё не зная о расставании того с женой, и пригласил к себе.

— Серж, я прибыл, нужно встретиться, — произнёс Ленокс, посматривая на спящие суда, покачивающиеся рядом с его Фрейей. — Можешь сейчас, если Дженни отпустит.

— Скоро буду, — ответил Аддерли-младший.

И Лен не ожидал, что Серж явится очень быстро и при полном параде.

— Ну, радуйся, сукин сын, — сходу заявил племянник, едва преодолел трап широким шагом.

— Я тоже рад тебя видеть, — историк приподнял брови, обозревая позднего гостя, — чем порадуешь?

— Дженни подала на развод, — сообщил Серж и хмуро посмотрел на Лена, который чувствовал, как несёт спиртным от родственника.

— Помиритесь, — отмахнулся Аддерли-старший и усмехнулся, — не впервой, сам знаешь.

— А ты этому рад, как я посмотрю, — гнул свою линию редактор и Ленокс вздохнул. Племянник был упрям до невозможности и, наверно, поэтому перешёл дорогу в завоевании русской девушки. Ему хотелось быть во всём впереди.

— Знаешь, Сержик, если прибыл скандалить, проваливай к тётушке Долэг. Или же всё действительно так серьёзно?

— Более чем, — мрачно сообщил Серж и сам направился в каюту. Сделав два шага, обернулся, — ну что, пошли? Расскажешь, чего там накопал про мою обожаемую супругу.

Ленокс никогда не хранил самое нужное на виду, а то, что хотел показать Сержу, лежало на столе. Руническое письмо без перевода, генеалогическое древо семейства. Последнее было более понятным, тем самым и привлекло внимание редактора, и он протянул руку. Свет, льющийся с потолка, позволял свободно прочесть написанное, что Аддерли-младший и сделал. Несколько минут Серж прищуривался, пытаясь понять, кто и где. Потом ему это надоело, и мужчина поинтересовался:

— Поясни, я не понял, причём тут эти знаменитости и моя жена?

— Посмотри внизу, — Лену нравилось казаться очень умным, и он воспользовался этим при общении с заносчивым родственником. — Под большим пальцем.