Тень за моей спиной

Так почему бы подобной идеей не воспользоваться именно сейчас, когда само нахождение в квартире напоминает мне о муже, а свободного времени завались? Поэтому постаралась привести себя в божеский вид: переоделась, накрасилась, покрутилась перед зеркалом, пытаясь соорудить озорной хвост на голове. Наверное, поэтому раздавшийся телефонный звонок услышала не сразу.

Недоумевая, кто бы это мог быть, потянулась к мобильному и только тогда с удивлением увидела знакомый номер. Звонил Эрскин и как ни странно, но я ему обрадовалась.

— Да, — произнесла и замерла, уставившись в зеркало и не видя ничего. Мысленно я уже представляла Алекса, где он, чем занимается. А вот Шелли видеть рядом с ним отчего-то не хотелось.

— Жень, привет, родная, — бархатный голос мужчины обволакивал, и я с удивлением заметила, как натянутая в сердце струна чуть ослабла, и стало легче дышать. — Как ты? Не болеешь?

— Привет, Саш, — а я и не заметила, что назвала лорда тем самым именем, которое когда-то звучало для меня как мёд, — всё в порядке. Ты звонишь днём, да ещё и интересуешься моим здоровьем, что-то произошло?

Присела на банкетку и снова уставилась на своё отражение, но на сей раз видела себя уже более осмысленно.

— Тебя нет на работе, а погода была отвратительной, вот я и решил…

— Ты следишь за мной? — нахмурилась, прерывая его, но приятное тепло уже начало бальзамом растекаться в душе. Значит, хоть кто-то обеспокоен моим состоянием здоровья. Отчего-то показалось, что известие о серьёзной ссоре с мужем его обрадует.

— Скажем так, присматриваю, — пояснил Эрскин с самодовольными нотами в голосе и тут же добавил, словно стремясь оправдаться, — Жень, мне интересно абсолютно всё, чем ты занимаешься. Во сколько встаёшь, что любишь на завтрак. Хотя нет, вру, я помню. Ты рассказывала, что блинчики, ленивые вареники и непременно со сметаной или сгущёнкой.

— Ага, так и есть, — произнесла я и в глазах защипало. А ведь я до сих пор обожаю эти блюда, и частенько готовлю на завтрак по выходным. Сержу моя стряпня тоже нравилась, особенно вареники.

— Ты плачешь? — раздался потрясённый голос Алекса, и я спешно растёрла слёзы по щекам, словно до этого момента он их мог видеть.

— Нет, ерунда, ресница в глаз попала.

— Жень, что происходит? Ты не на работе, плачешь, — спросил мужчина, и мне почудилось напряжение в его голосе, — он тебя обидел?

— Нет, — произнесла, нимало не переживая о том, поверит Сашка или нет. Плакаться об измене мужа ему я точно не стану.

— Ты, главное, не молчи, если он тебя обидит.

— А то что? — мне стало даже интересно, а ещё приятно. Ну, хоть кто-то пообещал вступиться! И отчего-то казалось, что слова Эрскина вряд ли расходятся с делом.