Будешь моей, детка

Соболевский не нежничал со мной, был груб и резок, но… Но я почему-то вспоминаю снова и снова и сам поцелуй, которым наглый мажор явно хотел наказать меня, и его руки, которые гладили меня по спине и затылку и были неожиданно бережными для того, кто предлагал мне отсосать ему на крыльце университета.

— Кто? — спрашивает хриплый, но определённо женский голос в домофоне.

— Это Оля. Васильева, — торопливо отвечаю я. — Я вам звонила, по поводу работы.

— Второй этаж, кабинет 13. В конце коридора, — сухо информирует она меня и отключается.

Дверь пищит, открываясь, и я вхожу. Это не похоже на сияющий стеклом и металлом офисный центр. Скорее на какой-то старый дом, в котором вместо квартир — кабинеты. И на каждом табличка. Маникюр, парикмахер, нотариус, ломбард…

Я поднимаюсь на второй этаж по лестнице и сразу вижу тринадцатый кабинет. Надпись на нем ни о чем мне не говорит: агенство «Pretty woman».

Я стучусь, мне кричат:

— Входите, не заперто.

Делаю короткий вдох, одёргиваю юбку, блузку, поправляю волосы и вхожу, стараясь выглядеть максимально взрослой и серьезной.

На подоконнике у открытого окна сидит нога на ногу женщина и курит, стряхивая пепел в горшок с цветком.

— Привет, Оля Васильева, — говорит она. — Я Рита. Щас, докурю — и поговорим."

"В несколько затяжек приканчивает сигарету, спрыгивает с подоконника и подходит ко мне. Критически рассматривает, просит повернуться, поднять руки, потом открыть рот. Она что, реально смотрит на мои зубы? Кошмар! Никогда не думала, что наниматься на работу так унизительно.

Я в полном шоке, но послушно выполняю все, о чем меня просят. И Рита вроде бы остается довольной.

— Ты говорила по телефону, что английский хорошо знаешь?

— Очень хорошо. Я на нем учусь.

— Отлично, это прям отлично. Подожди… А восемнадцать-то хоть есть тебе? — спрашивает она с сомнением. — А то личико у тебя больно свежее.

— Девятнадцать уже.

— Лады. Грудь тройка?

— Эээ… да.

— Шрамы на теле есть от ран или операций? Татуировки? Пирсинг?

— Ничего нет.

— Ну и супер, умничка. Мы с большими шрамами совсем не берем, а татухи к твоему типажу не подходят. Ты у нас девочка-одуванчик будешь, правда?

Рита хрипло смеется, а я не очень понимаю, о чем она, но натужно улыбаюсь.

— Так, Оль, слушай, — переходит она на деловой тон. —  Оформляем тебя по тэка (прим.трудовой кодекс), как консультанта на минималку, чтобы не прикопались. Но за работу получаешь наличкой. Процент менеджеру. Первый раз пятьдесят отдаешь, потом если все нормально идет, уже сами договоритесь.

— А сколько денег? — спрашиваю я робко. Мне не очень нравится идея, что зарплата будет в черную, но при этом думаю о том, что так должно больше выйти.

— Ну… — она задумывается. — Я бы сказала тридцать-пятьдесят штук за пару часов. Начать стоит с этого.