Будь моей няней

Неизвестно, сколько бы еще продлилась счастливая полоса везения Леонсио, если бы однажды первый заместитель мэра города не застал его в собственном доме в собственной спальне с собственной женой. Тогда-то он и вспомнил, что безработному погорельцу за счет средств города должны выделить новое жилье, ключи от которого вскоре и были вручены Леонсио.

Разъевшийся на чужих харчах, приодетый, приобутый и облагороженный женским уходом Леонсио за это время расцвел, превратился вдруг в интересного и импозантного мужчину, на которого стали заглядываться одинокие кумушки Магистратума. Возможно, у него имелись и еще какие таланты, о которых не говорят вслух, но жена первого заместителя мэра ушла от мужа к Леонсио в его новое обиталище. Но поскольку выделенное жилище ее не устраивало, дядюшке Леонсио пришлось вертеться и крутиться, чтобы обеспечить своей зазнобе тот уровень жизни, к которому она привыкла. Так, из опустившегося забулдыги Леонсио превратился в почтенного держателя наемных экипажей.

Так и с приютом. Узнав о том, что бедным животным требуется помощь, кумушки всем скопом ринулись ее оказывать, устроив соревнование, кто сделает для приюта больше. Когда все это приобрело абсурдные формы и пошли скандалы, Робертино здраво распределил животных по конкретным опекунам. И теперь каждый благотворитель заботился о конкретном питомце, заодно понимая, кому адресно он помогает и на что идут его средства, а также проявляя заботу, ведь ласка и внимание животным нужны не меньше материальной помощи. Если некоторые питомцы выздоравливали, часто случалось, что опекуны забирали их к себе домой, так как уже привязывались к ним и чувствовали свою ответственность.

— Мэлл Имма очень много помогает нашему приюту, — сообщил Робертино девочкам. — Не только своему подопечному. Столько, сколько вносит ежемесячно мэлл Имма, не вносит никто. Она наш самый щедрый благотворитель.

Девочки посмотрели на меня, и в их взгляде смешались удивление, восхищение и гордость.

— Вот подопечный мэлл Иммы, попугай Морок. Он попал к нам в очень тяжелом состоянии и нуждался в долгой и затратной терапии. Она почти закончена, и его ждет последняя операция…

— Я поэтому и пришла к вам, мэллорд Робертино. К сожалению, в этом месяце я не смогу внести обычную сумму пожертвования. Честно говоря, я вообще не смогу… Дело в том, что я осталась без одежды… в результате несчастного случая. И мне надо заново приобрести весь гардероб. На это потребуется много средств. Ведь я работаю у графа и должна выглядеть соответствующе. Вы ведь понимаете? — заламывая руки, с мольбой обратилась я к ветеринару.

Тот потрясенно молчал. В его глазах боролись два чувства — разочарование и нежелание показать свое расстройство.