Притворись моей любовью

— И Брам утверждает, что демон не очень страшный. К тому же демон трус, вон, без зелья обойтись не может. Я с ним справлюсь!»

Я подобралась, выпрямилась и громко сказала:

— Хорошо, демон. Притворись моей любовью!

— Хорошо, демон. Притворись моей любовью! — гордо сказала фейри, и я еле сдержал победную улыбку.

Брам за спиной фейри воздел руки к потолку.

Он хохотнул, но тут же стал откашливаться в попытке спрятать смех.

Краска смущения залила лицо фейри, и, пока она не взбрыкнула из-за выходки Брама, я перевёл внимание на себя:

— Прекрасно! Это правильное решение. Итак, я изображаю пылкую любовь и помогаю тебе отвадить жениха, с тебя — помощь с артефактом. Сейчас покажу «Грани», и ты скажешь, как они работают.

— Нет! — Фейри даже отшатнулась. — Не сейчас. Мне нужно два дня.

— Два дня?! — вспылил Брам. — Какие ещё два дня? Зачем два дня? Показывай сейчас!

— Надо уточнить кое-какие сведения об артефактах.

— Так уточняй сегодня! Вся ночь впереди, а мы вроде как спать не планируем. Я-то уж точно нет. Выспался! — не унимался Кадум.

— Я не буду разговаривать в таком тоне!

Фейри манерно поджала губы и отвернулась. Пока она не видит, я показал дракону кулак. Брам бросился на диван, ударил подушку и уставился в стену, злобно пыхтя.

— Что же именно ты хочешь уточнить? — поинтересовался я.

Боллинамор о чём-то усиленно думала и нервничала, я чувствовал это. Она тщательно прятала эмоции под маской спокойствия, но подрагивавшие пальцы и чуть резковатые движения выдавали волнение.

«Эта фейри как нестабильная руна веллуда. Никогда не знаешь, в какой момент полыхнёт. Неосторожное слово или движение, и она умчится на край света. Придётся подыграть. Два дня не так уж много. А я умею ждать».

— Если без этого никак, хорошо, — я миролюбиво развёл руками.

— «Хорошо»? Да нет тут ничего хорошего! — кипел Брам, и я снова показал ему кулак.

Боллинамор старательно изучала свои руки, только чтобы не замечать гневных взглядов дракона. Однако его недовольное сопение, кажется, слышал весь этаж.

— Да чтоб вас всех! Счастливых уточнений, — крикнул напоследок Кадум, вскочил и бросился за дверь.

Я понимал недовольство Брама: лишние два дня и мне поперёк горла, но давить значило бы подорвать только-только зародившееся доверие, а это риск для всего дела.

Боллинамор подняла на меня глаза, в которых плескался ужас понимания того, что она осталась со мной наедине. Кажется, её первым порывом было убежать вслед за Брамом, но неведомо какими усилиями она осталась стоять.

— Скажи, демон, что теперь? Как будем изображать пару? Завтра объявим о помолвке?

— Глупости! Даже если мы просто пойдём в обнимку, это будет крайне подозрительно. А уж известие о помолвке тем более неуместно. Всё должно выглядеть естественно. Я придумаю план, тебе сообщу.