Мужчина из моего прошлого

Пустыня с выжженной солнцем землей. Но Владик все равно завороженно смотрит в окно. Я же минут через десять поездки решаю, что в телефоне интереснее.

Злюсь на себя. Почему я так предвзята? Потому что в глубине души не хочу переезжать? Если бы мы приехали в Израиль в настоящий отпуск, я бы пялилась в окно вместе с сыном.

Наконец, мы въезжаем в город. Мне сразу не нравится. Какие-то непонятные дома, побеленные белым цветом, этажей не много, где-то пять-шесть. Насколько мне известно, в Шаббат запрещено пользоваться лифтами, видимо, поэтому высоток в Иерусалиме нет.

На улицах города не сказать, что очень чисто. На тротуарах и дорогах валяется мусор, по которому ступают прохожие. Много магазинчиков с приправами и специями, запах из которых доносится даже в салон автомобиля сквозь слегка приоткрытое окно."

"Шумно, людей много. Некоторые из них одеты в религиозные наряды. От какофонии звуков начинает болеть голова, и я закрываю окно. Хотя шум пробивается даже через стекло.

Игорь сидит на переднем сиденье. Я смотрю на мужа и пытаюсь по его профилю понять первые впечатления. Но по лицу Игоря не определить эмоций. В любом случае, даже если ему не нравится, он все равно хочет переехать.

Таксист наконец-то тормозит у нашей гостиницы, и я с облегчением выдыхаю. Она недалеко от Старого города, в который вроде как нет въезда для автомобилей. Ну или есть, но для каких-то специальных. На ресепшене отеля нас встречают несколько арабов. Они живут в Израиле наравне с евреями.

Гостиница пятизвездочная, но до этого уровня совершенно точно не дотягивает. Номер старый, мебель старая, не очень приятный запах.

— А мы пойдем гулять? — воодушевленно спрашивает сын.

Я без сил валюсь на кресло у окна.

— А тебе понравилось, Супермен? — счастливый Игорь подхватывает ребенка на руки.

— Да, пап, тут интересно.

— Соня, слышишь? Владик предварительно одобрил.

Игорь сияет. Из груди вырывается тяжелой вздох. Муж уже все решил, Владику вроде как понравилось, но даже если в итоге и не понравится, Игорь вряд ли изменит свое мнение. Ну а я закатывать скандалы и ставить жесткие ультиматумы не буду. Придется переезжать.

Всю последующую неделю я пытаюсь найти в Иерусалиме хоть какие-то плюсы, но не получается. Святые места и достопримечательности мне нравятся, но из-за обилия туристов постоянно приходится толкаться или стоять в огромных очередях. Все это на изнывающей жаре.

— Здесь всегда так? — зло спрашиваю, стоя в очередной толпе.

— Ну если мы будем тут жить на постоянной основе, вряд ли будем ходить по туристическим местам.

— Почему? В Москве же мы ходим.

— Да ладно? Когда мы последний раз были на Красной площади?

Не помню. Ладно, ремарка Игоря о том, что, став местными жителями, мы не будем ходить по туристическим местам, принимается.